Девчонка смотрела во все глаза на стоящего перед ней на коленях, истекающего кровью однорукого теперь правителя Семи островов. Альв быстро обошел Киру, крепко схватив за плечи и жарко зашептав в самое ухо.
- Нет, Кира. Убьешь его ты. Сейчас. Ты же хочешь стать конунгом, м? Это твой шанс...Закричи, чтобы все повернулись и сруби ему голову, рассказав, кто теперь главный на Семи островах. И они будут боготворить тебя...
Девчонка, застывшая в его руках, сладко судорожно вздохнула, и Альв ощутил под ладонями крупную дрожь, сотрясающую всё её тело.
- И я подтвержу, что его убила только ты, не я, - торопливо продолжил Альв, сам не замечая, как тембр его голоса стал ниже, обрастая хрипловатыми нотками. Это все это розовое нежное ушко, которое так близко было к его губам. Он почти касался его, - Но взамен я кое- что попрошу, Кира...
Она ощутимо напряглась, плечи будто окаменели.
- Что? - просипела не своим голосом.
- Немного...- хмыкнул он, - Сегодня после пира, ночью...Ты сама придешь ко мне...Только сегодня…
Бесконечное мгновение, и Кира зашипела разъяренной кошкой.
- Ты обезумел? Я никогда...Да как ты?! - она обернулась, сверкая на него наполненными яростью голубыми глазами, - Бьорк же твой друг! Не стыдно тебе, а?
- А ты ему не говори, и никому стыдно не будет, - Альв даже бровью не повел, лишь нетерпеливо дернул подбородком в сторону истекающего кровью, уже завалившегося на палубу конунга, - Давай быстрей! Сейчас обернется кто-нибудь и всё! Придёшь?
У Киры задрожал подбородок, губы приоткрылись, глаза заволокла влажная пелена. Она метнула неуверенный взгляд на истекающего кровью мужчину и повернулась к Альву.
- Да, - сдавленно выдохнула.
Он отпустил. И отошел на шаг. Она же ступила к конунгу и громко закричала, перебивая лязгающий шум битвы, и заставляя воинов замереть и дружно обернуться в её сторону.
- Смотрите все! Нет больше конунга! Унсгард и Хельмут правят!
И во взорвавшихся победным кличем предрассветных сумерках опустила на поверженного противника свой топор.
Как только второй сын конунга, Ракен, понял, что его отец и старший брат Майфрен, наследник Ансборда, мертвы, так сразу скомандовал полный разворот. Под оглушительные победные выкрики унсгардцев ансбордцы торопливо и неуклюже начали выгребать из узкого фьорда, спасаясь бегством. Уйти смогли лишь три драккара из пяти, на которых ещё не завязался бой. Кто-то из воинов кричал, что надо бы догнать и разбить трусов. Но Кира махнула рукой, что хватит. Пора возвращаться домой. Они итак приплывут с полной победой на двух добротных захваченных драккарах поверженного конунга и привезут с собой два трофейных тела – старого пса и его наследника.
Альв провожал взглядом стремительно удаляющиеся лодки, прищурившись и наконец с наслаждением глубоко втягивая в себя густой масляный дым из трубки. Тело звенело эйфоричной легкостью от победы и предвкушения. Да, пусть плывут...
Они всё равно не жильцы. Думают, что возвращаются домой, чтобы зализать раны и осесть в Ансборде. И не подозревают, что остров уже захвачен Бьорком и там им готовят суровую встречу. Надо только предупредить...
Первым делом, как пришвартовались в городе, Альв отправился к башне воронов. Быстро нацарапал послание Хотборку, ставя в известность, что всё идет, как они и задумали. Конунг погиб от руки Киры на глазах у всех, но теперь она Альву кое-что должна, два драккара они захватили, Майфрена Альв убил сам, а вот Ракен с тремя драккарами сбежал и держит сейчас путь в Ансборд. И пусть Бьорк будет готов выступить радушным хозяином…
Мужчина свернул записку и накрепко привязал к лапке своего личного ворона Кара, уже знавшего дорогу к Хотборку.
- Лети...- шепнул птице, ласково поглаживая по гладкой черной головке, и пустил в розовое рассветное небо.
Ворон сердито каркнул, будто недоволен был, что его подняли в такую рань, взмахнул почти метровыми крыльями и медленно, будто лениво стал набирать высоту. Альв цепко следил за ним, пока птица не превратилась в едва различимую в быстро светлеющем небе черную точку, и только тогда медленно направился к дому ярла в центре города, где уже должен был начаться победный пир.
Никого не смущало, что сейчас раннее утро, и что даже не все петухи ещё пропели. Трапезная в доме Хотборка уж гудела от завалившегося туда народа. Альв цокнул языком, когда подошел поближе и расслышал залихватские песни и ор, и свернул к сенникам, где сейчас должны были расположить раненых. Так и есть. В теплом ангаре было душно от людей и их частого, шумного дыхания. Вот только не песни здесь раздавились, а сдавленные стоны борющихся за жизнь людей. Служанки суетливо метались туда-сюда, нося воду и чистые тряпки, а старая Вейла уже склонилась над кем-то из несчастных, пытаясь помочь.
- Доброго тебе утра, ведьма, - Альв первым делом шагнул к ней, низко кланяясь старухе.
- Добрый, - вздохнула устало та, даже не повернув головы.
- Видала ли ты шепелявого Хью? - Альв оглядел лежащих вповалку на сене мужчин, но нужного ему воина пока никак разглядеть не мог.
