Во время коммерческого рейса до Сан-Диего ему приходилось вставать и ходить каждые полчаса. Он не мог долго сидеть, иначе бедро начинало беспокоить его больше обычного. На подлете к Сан-Диего он был близок к панике из-за того, что придется сидеть во время снижения, которое может продлиться намного больше тридцати минут. Чем дольше он летел, тем сильнее ныло бедро. Хуже всего будет во время снижения, когда придется оставаться в кресле, надежно пристегнутым ремнем безопасности.
Рик жаждал морфия, чтобы перенести это все, но, конечно, его не было в меню самолета. Он купил бы чего-нибудь выпить, но у него с собой было мало наличных и не было кредитки, так что приходилось страдать. Он сумел выдержать, не заорав, напоминая себе о том, как тяжело было в лагере для новобранцев и как он пережил те ужасные месяцы.
Наконец он сошел с трапа, хромая, как человек в четыре раза старше, и сел в автобус, который ждал его, чтобы вместе с другими морпехами, прилетевшими разными рейсами, отвезти в Пендлтон. По дороге, разглядывая проносившиеся мимо пейзажи Сан-Диего, он думал о своем младшем брате Джеке и гадал, написать ему или нет. В итоге он решил не беспокоить Джека, представив, что тому и так хватает проблем с их пьющими родителями.
Сойдя с автобуса в Пендлтоне, Рик похромал оформлять документы в отдел, где ему самому предстояло работать в скором времени, и начал новую жизнь, хотя и чувствовал себя стариком, готовым уйти на пенсию.
Через три дня работы он познакомился с младшим капралом Гэри Хиггинсом. Гэри был тем, кого некоторые военнослужащие называли «офицером особого снабжения». Его наградили таким титулом, потому что он мог достать препараты, особенно наркотики, для тех, кто готов был платить. Молва утверждала, что у него были связи с работниками разных аптек, готовыми подделать записи и украсть медикаменты из поставок.
Рик понятия не имел, как Хиггинс получал наркотики, и ему было плевать. Он просто хотел купить морфий или его заменитель, чтобы утолить свое пристрастие.
Совсем скоро после прибытия в Пендлтон он потратил большую часть денег, которые ждали на его банковском счете по возвращению в штаты. За время пребывания во Вьетнаме и в Гонолулу он почти ничего не покупал, так что большая часть денег так и лежала на месте, когда он приехал в Пендлтон. Наркотики съели сбережения в момент.
В первую встречу один на один Хиггинс сказал Рику:
– Чтобы ты знал, если станет известно, что я продал тебе что-то незаконное, можешь готовиться к похоронам. Я не стану ничего делать, но моим поставщикам это раз плюнуть.
Рик понял и заверил Хиггинса, что будет молчать.
До приезда в Пендлтон Рик подсел незначительно. Теперь же он полностью зависел от наркотиков. Морфий дарил не только приятные, расслабленные ощущения. Он был жестоким рабовладельцем. Без необходимого наркотика жизнь превращалась в жуткую агонию, тело требовало подавитель боли, который со временем превратился в ее создателя. Стоило принять наркотик – и все было хорошо, но без него Рик не мог функционировать.
Эта потребность затмила все другие занятия, его больше ничего не интересовало, кроме следующей дозы. Через четыре месяца службы в Пендлтоне его арестовали за проникновение со взломом. Поскольку это было первое нарушение, ему удалось избежать тюремного срока, получив только условный.
Второй арест состоялся через два месяца, и его с позором уволили из морской пехоты США.
Так началась его подогреваемая наркотиками преступная жизнь.
Как только Дженни вошла в дом тем вечером, Джек поприветствовал ее словами:
– Ты не поверишь. – Что?
Она видела, что новость какая-то выдающаяся. Джек почти светился от восторга.
– Я выяснил, что мой брат Рик был жив еще три года назад! Он не погиб во Вьетнаме.
Она моргнула и открыла рот.
– Как ты узнал?
– Из неожиданного источника. Оказывается, Том Гордон сидел с ним в тюрьме в восемьдесят девятом. Рик был в Рейфорде.
Дженни засмеялась:
– Не думаю, что когда-либо видела, чтобы кто-то был так счастлив, узнав, что его брат сидел в тюрьме.
– Это значит, что он жив.
– Ты знаешь, там ли он еще?
– Том сказал, что Рик должен был выйти вскоре после него. Рик сидел за кражу со взломом и причинение вреда.
– Что будешь делать?
– Я написал письмо начальнику тюрьмы в Рейфорде. Надеюсь выяснить, где Рик жил, когда совершил преступления, которые привели его туда. Может быть, он вернулся и продолжает жить там.
Джек сел, как будто от волнения его не держали ноги.
– Тебе еще нужно знать то, что расскажет мой папа, когда перезвонит мне? Не хочу, чтобы он зря тратил время, если тебе не нужна информация.
– Нет, она мне все еще нужна. Будет легче искать, когда я буду знать все, что смогу найти.
Дженни села рядом с ним.
