Потом Бэт плетется обратно к дому, стараясь не смотреть на свои руки, перепачканные кровью. Не думать о том, как убила и освежевала зайца. Твою мать, Грин, говорит сама себе. Ходячих раньше убивала. Даже живых убивала. А зайца прирезала с трудом. И так рыдала… Все перекатывает мысленно его имя в своей голове, заглушая боль.
Дэрил…Дэрил… Дэрил…
У кабины ходит ходячий. И сначала она даже боится его. А потом вдруг смело шагает и всаживает ему свой маленький ножичек прямо в глаз. Ее первый ходячий в новой жизни. Она справилась!
Я справилась! Она готова прыгать от радости. И ей очень хочется доказать ему, что она действительно сильная. Но дом отвечает ей только тишиной.
Его больше нет. Его нет. Дэрил…
Дальше уже руки сами помнят, что делать. Она приносит сухих веток из леса, про себя делая пометку, что надо запастись дровами, иначе в эту дождливую осень находить их очень тяжело. Потом жарит зайца на решетке, которую нашла в кладовой кабины. Он не соленый, мясо в одном месте прожарилось до черноты, но ей нравится.
Это первый заяц. Это первый ходячий. Это начало. Теперь она сильная.
В бочке, что стоит под трубой слива воды с крыши, моет наконец голову, ежась от того, что вода ледяная и пробирает до самых костей. Аккуратно трогает рану, которая уже начинает затягиваться. Потом смотрит в стекло окна и видит, что у нее еще одна рана. На лбу. Это именно ее нащупали пальцы, когда мылась.
Рана от выстрела…. Что случилось со мной? Почему у меня рана на голове? Словно кто-то выстрелил в голову.
Боже мой! Боже мой! Вдруг холодеет ночью, когда пытается уйти от этих мыслей и от головной боли и наконец-то заснуть. Мне выстрелили в голову, чтобы я не обратилась! Вот почему меня бросили на дороге! Они думали, что я умерла… и выстрелили мне в голову… Но я выжила.
Бэт пытается вспомнить, что с ней произошло, с кем она была до этого проклятого выстрела, и кто для нее Дэрил. Потому что только при упоминании его имени почему-то сжимается сердце сладко, а потом пускается просто вскачь в груди. Свое давнее прошлое она более-менее воскрешает в памяти. Она выросла на ферме в пригороде Атланты. Помнит, как зовут родителей, брата и сестру. Помнит, как ходила в школу. Как каталась верхом по обширным владениям отца. Помнит все ровно до выпускных экзаменов… дальше – чертова темнота. И обрывки необходимых для выживания воспоминаний.
Кто такие ходячие. Как их убить. Как поставить силок. Как выжить в пустом доме одной. Как проверять магазин и как вообще обращаться с оружием. Как идти по следам, читая их в мокрой листве или на грязной жиже, в которую превратилась земля от дождей. Как стрелять из арбалета…
Арбалет, рюкзак с небольшими припасами и теплую парку Бэт снимает с мальчика-подростка, которого находит в лесу, расставляя силки. Он сидит, прислонившись к дереву. В его лбу торчит стрела с синим опереньем. Вид этой стрелы почему-то ввергает ее в легкую дрожь, словно она уже видела ее прежде. У подростка вырван кусок плоти из бедра, как видит Бэт, и стрела в лоб тут как знак милосердия. Кто-то не дал ему обратиться.
Этого «кто-то» она находит дальше. Это некогда широкоплечий бородатый мужчина в футболке, на которой написано «Охота – признак Мужика». За его плечами болтается спортивный лук со стрелами с синим опереньем. Он видит Бэт и буквально рвется к ней через кусты, в которых до этого стоял, чуть склонив голову набок, словно прислушиваясь. Бэт вскидывает пистолет, нажимает на курок, но тот вдруг дает осечку. И она тогда бежит обратно к трупу подростка, хватает арбалет, совершенно механически натягивает тетиву, напрягая руки, и посылает стрелу прямо в лоб ходячему.
Твою мать, я умею стрелять из арбалета, думает она прежде, чем падает в обморок.
Ее первый обморок в новой жизни. После которого приходят приступы боли, которая уже успела позабыться. Невыносимой боли.
Это как боли при мигрени, только в сто раз хуже. Когда не повернуть головы. Не открыть глаз, потому что свет причиняет боль. И молиться, чтобы не было звуков, потому что даже легкий писк отдается взрывом в голове.
У нее есть оружие. У нее есть рюкзак, в который можно сложить припасы. У нее есть теплая одежда. Она может теперь идти.
Бэт уходит из охотничьей кабины в начале зимы. С сожалением закрывает дверь дома, который за эти месяцы стал таким родным. Но она должна их найти. Она должна найти Дэрила…
В дороге она устает гораздо больше, чем раньше. А усталость только множит боль. Боль, раздирающую ее на части. Боль, которая вызывает единственное желание поднять пистолет и выстрелить себе в лоб. Потому что терпеть ее, нет сил. Все-таки она недостаточно сильная, наверное, чтобы терпеть… Но терпит пока.
Первые таблетки Бэт находит в аптечке, которая валяется возле машин на дороге. Они становятся ее спасением. Теперь она понимает новую истину.
Ее жизнь сейчас заключается в этих небольших таблетках обезболивающего. Это вся ее жизнь сейчас…
Таблетки… Ее первый живой в новой жизни. Убитый в темноте… Ей очень хочется вычеркнуть этот момент из своей жизни. Словно его и не было. Никогда… Никогда…
