– Ты не убийца и не насильник. А я не хочу вечно быть жертвой в твоих глазах.
– Ты не жертва, Крис.
– Тогда не отказывай хотя бы сейчас!..
Голос снова дрогнул. Не отпущу его. Не отпущу. Не могу. Мне так мало его. Мне мало простых воспоминаний. Нужно больше.
Долгий нежный поцелуй и ласковые прикосновения. Я не жертва, и мое тело хочет знать, какая его любовь на вкус. Я хочу.
Ему больше не было больно смотреть на меня. Он больше не боялся, а я не отпускала его до конца, смутно представляя, к чему может привести эта странная близость.
Он долго пытался надышаться мной, а я чувствовала под собой мягкий, словно перья, ельник.
Смущенная улыбка и бесконечная светлая тоска во взгляде. Таким я запомню своего ангела.
Я надела его футболку поверх разорванных лоскутьев, и мы вернулись к машине, держась за руки. Он сел на землю и позволил сцепить свои запястья за спиной несколькими хомутами. Я связала ему ноги и набрала службу спасения.
Не плакать! Он не должен видеть мои слезы. Не сейчас. У меня будет время. Много бесконечно долгих одиноких дней.
– Я люблю тебя, Крис.
– И я! Я тоже тебя люблю.
Аудиосистема в машине ожила сама собой. Я уже перестала удивляться сходящей с ума технике, просто слушала:
Последняя улыбка, последний взгляд, последний раз, когда я видела Андрея Теплова…
Наверное…
События последующих недель превратились в размытый акварельный рисунок. Я отвечала на тысячи вопросов полицейских, родителей, врачей. Последние настаивали на осмотре, но я игнорировала их чрезмерную заботу. Она была мне нужна. По крайней мере, пока. В том, что моей амнезии пришел конец, не нужны были доказательства. Главный страх повержен, настоящий виновник пойман и ждет наказания, а Андрея оправдали посмертно. Жаль, Денис Теплов уже не может видеть этого. Его тело нашли через несколько дней после ареста Вити. Парень сознался во всем: в моем изнасиловании, в убийствах и в покушении на Дашу.
Она выкарабкалась. Я навестила ее в больнице при первой же возможности. Ее глаза больше не пугали. Напротив, напоминали о том, кого до сих пор люблю, и это чувство лишь разгорается день ото дня. Солгу, если скажу, что мне не больно. Мне больно и одиноко, и я пытаюсь отвлечься любыми способами, наверстать потерянные годы, которые навалились на меня всей тяжестью обретенных воспоминаний.
После выписки подруга передала мне флешку с видео и фотографиями. Душа любимого снова оказалась в моих руках, и я бережно носила с собой крохотный брелок, прижимая его к груди в минуты невыносимой скорби. Становилось немного легче. Я представляла, как он записывал для меня файлы, видела его живым в своем воображении, пока снова не возвращалась в реальность.
Единственный человек, с которым я никак не могла поговорить, была мама Андрея. Несколько раз я собиралась сорваться и навестить ее, но в последний момент всегда трусила.
Все решилось само.
Через полтора месяца мне стало плохо. Не так чтобы очень. Внезапная слабость и головокружение, которые не давали подняться с кровати. Пока лежала, думала над своим недугом и считала дни задержки. Если раньше все списывала на стресс, то теперь решила провериться.
Долго изучала две полоски на тесте, забравшись с ногами на крышку унитаза в торговом центре. Отец у ребенка мог быть только один, и это не Витя! Это Андрей! По-другому и быть не может. Даже думать об этом не хочу.
Меня обуревали смешанные чувства: радость и безграничная тоска. Нужно было срочно с кем-то обсудить случившееся, и я позвонила человеку, который смог бы меня понять. Моя мама бы точно не оценила желание оставить ребенка от насильника и психопата, и она бы не поверила в безумную историю об Андрее.
Ольга Теплова уловила мое состояние без лишних слов. На всякий случай продиктовала адрес. Лишнее. Я прекрасно помнила, где она живет.
Мне больше не нужно было отпрашиваться у родителей. Коротко предупредив маму, что хочу посетить могилу Андрея, я сбросила трубку до того, как она успела что-то возразить.
Есенск встретил меня моросящим дождем и новой порцией тоски. Идти по его улицам, не имея возможности встретить самого желанного человека, оказалось невыносимым, но я все равно жадно всматривалась в каждый дом, дерево, магазин. Почти ничего не изменилось, разве что билборды вдоль дорог. Ольга нетерпеливо переминалась у подъезда и курила. Завидев меня, быстро потушила сигарету о мусорный контейнер и поправила волосы.
Она ужасно постарела и не скрывала седых прядей. Вокруг влажных красных глаз залегли глубокие морщины, а губы превратились в тонкую безжизненную полоску. Вот почему я боялась приезжать. Женщина, потерявшая всю свою семью, пугала меня. Что мне сказать ей?..
И я рассказала. Все. Как встретила Андрея в Личково, как он говорил со мной загадками, как мы вместе пытались докопаться до правды.
