Я стиснула зубы от бессилия. Совсем скоро он сделает что-то такое, от чего я все забуду и оставшуюся жизнь проведу с жестоким садистом и убийцей. Он убил моего Андрея. Моего ангела. Того, кто не бросил меня до самого конца, а я так и не смогла помочь и понять его. А еще переспала с убийцей по собственной воле! Теперь тело стало для меня омерзительной оболочкой. Оправдания, что я ничего не знала, не работали. Он был повсюду – его запах, прикосновения, поцелуи. Ненавижу, ненавижу, ненавижу…
– Ну-ну, милая, не плачь. Ты мне сердце разбиваешь. Как прикажешь осуществить свой маленький план, когда ты такая зареванная. Улыбнись.
Я толкнула спинку кресла, и машина дернулась.
– Не стоит, Крис. Я ведь могу и наказать. Попробовать что-то новенькое.
Еще один рывок. Лучше разбиться с ним вместе, чем позволить превратить себя в марионетку.
Парень тяжело вздохнул и остановил машину, открыл дверь с моей стороны и швырнул меня обратно на сидение.
Я лежала, тяжело дыша и задыхаясь от гнева, а взгляд Вити скользнул по моему телу и потеплел.
– Уже лучше. Сохрани эту злую мордашку, она мне нравится. Уже почти приехали.
Через десять минут моих бесплодных попыток подняться я выбилась из сил, а машина вильнула с дороги в лес. Я замерла, прислушиваясь к шуршанию под колесами. Он привез меня туда, где начался мой кошмар!
Я застонала от страшной догадки. Он хочет повторить! Хочет заставить пережить тот день, чтобы я окончательно сошла с ума.
– Пожалуйста, не надо, – прорезался жалкий голосок, когда дверь снова открылась и две руки потянулись за мной в салон.
– Не бойся. Скоро все закончится. Твои страхи исчезнут. Ты снова будешь любить меня, Крис. Ты ведь любишь меня?
Вместо ответа я попыталась закричать. Его рука тут же накрыла мой рот.
– Будешь кричать и сопротивляться, убью твоих родителей, Крис. Это несложно, у меня есть ключи от вашего дома в Личково. Будь паинькой, и больше никто не пострадает.
Я всхлипнула и позволила ему вытащить себя наружу.
Витя перерезал мне хомут на ногах и повел по знакомому лесу. Здесь мы с Андреем катались на велосипедах, здесь я убегала ночью от странного парня, а потом с ним же целовалась на капоте и обнималась на заднем сидении бэхи. Здесь Витя убил и изнасиловал меня.
– Ложись!
Это было непросто сделать со связанными за спиной руками. Сначала я опустилась на колени, а потом почти рухнула на колючий ельник. Витя освободил мне руки, завел за голову и сцепил новым хомутом.
– Такая ты красивая, Крис!..
Его ладонь очутилась у меня под футболкой и скользнула вверх. Я всхлипнула, когда он до боли сжал меня и самодовольно ухмыльнулся.
– Это лишнее… – Лезвие прошло в опасной близости от моей кожи и разорвало одежду на части. – Не хнычь, начинаю чувствовать себя чудовищем, это совсем не заводит. Лучше сделай свое злое личико. Ну же, Крис, ты можешь.
Он принялся стаскивать с меня джинсы, и иголки больно впивались в мое тело. Звук громыхающей пряжки заставил сжаться от отвращения. Я закрыла глаза. Молилась, мысленно звала Андрея.
– Открой глаза! – приказал жестокий голос, и пальцы сдавили мои щеки.
Я послушалась, увидела знакомый выцветший принт, почувствовала запах кондиционера.
За что мне все это?! Не хочу! Не хочу.
Все повторялось. Ненавистные руки моего убийцы были везде, отвратительные поцелуи вызывали волны дрожи и тошноты, а когда коленом он раздвинул мне ноги, не сдержалась – позвала, громко, отчаянно, наивно:
– Андрей!..
Взгляд Вити исказился бесконтрольной яростью, и он ударил меня по лицу так, что в глазах потемнело, и я почти отключилась. Хотела отключиться, чтобы не чувствовать того, что он делает. Он осквернял мою любовь, мое имя, меня, выжигал желание жить и дышать.
– Крис. Моя Крис…
Остановился.
Все кончено? Но я еще жива, я помню. Я помню тебя, Андрей. Я слышу твой голос!
– Крис… Я опять опоздал, прости…
Я открыла глаза и увидел его. Взгляд полный боли и страдания. Он оглядывал меня с таким отчаянием, что я возненавидела себя за то, что ему плохо.
– Все хорошо, ты здесь, – пыталась я успокоить своего любимого мертвого парня.
Он быстро перерезал хомут на моих запястьях и стянул с себя футболку, стараясь не смотреть на меня.
– Надевай, Крис. У нас мало времени. Он скоро вернется. Тебе надо убегать.
– Не хочу…
Я поднялась на локте и коснулась мягких каштановых волос.
Это правда он? Пришел спасти меня?
– Останься.
– Я могу. Если я останусь, он умрет, Крис.
– Считаешь, он заслуживает жить? Он убийца, Андрей. Останься. Мы убежим вместе. Пожалуйста!
– Нет, Крис. Не проси, я не убью человека. Даже такого. Прости его, Крис. Не живи с гневом в душе.
Я бросилась к нему на грудь, пытаясь впитать каждую его клеточку, каждую крупицу тепла. Он уйдет. Он мертв, он не хочет вернуться навсегда.
Андрей гладил меня по волосам, шептал что-то удивительно доброе и нежное, а я не хотела слушать его прощание. Я вытерла слезы и с вызовом посмотрела в его слишком добрые для этого мира глаза.
– Поцелуй меня.
Он невесомо коснулся моего лба.
– Не так, Андрей. По-настоящему, я хочу быть с тобой по-настоящему.
– Крис… я.
