– А нахуя тебе эта информация? – спрашивает он.
– Хочу разузнать всё о своей новой семье, – невинно хлопаю глазами я.
Зайд фыркает:
– Хочешь сделать что-то с Вистаном? Убить? Покалечить? Не думаю, что это хорошая идея. Это хуёвая затея. Таким способом ты только подставишь Гая. Он ненавидит своё происхождение и точно не намерен занимать место своего ебаната-папаши.
– Вот я и хочу выведать информацию, чтобы придумать способ избавиться от этого папаши, не сажая Гая на его место.
– Нихуя у тебя не выйдет. Не обижайся, но я не верю в тебя.
– Спасибо, но мне и не нужна твоя вера.
Зайд снова фыркает, а потом вздыхает, дав понять, что уклоняться от вопросов он не намерен, даже если они его и не устраивают:
– У Харкнессов, несмотря на некоторые договорённости с полицией и политиками, всё же есть границы, которые переходить нельзя. Деятельность «Могильных карт» влияет на экономические сектора и регулирует их, а это очень полезно для правительства, стремящегося контролировать ресурсы и рынки. А ещё правительство любило и любит взаимодействовать с Харкнессами для получения финансовой поддержки в секретных сделках, хотя это и незаконно. Но, блядь, никого это не останавливает… Но примерно семь лет назад Вистан ебейше облажался, когда кто-то натравил на него полицию, подставив при одной сделке. Я не ебу, кто это сделал, знаю только, что огрёб он после этой ситуации очень много дерьма. Едва не прикрыли всю эту лавочку. А ты просто представь, что «Могильные карты» могли ликвидировать с концами. Всех этих снобов-миллиардеров. Вистан еле выбрался из этого, пойдя навстречу некоторым политикам, которым требовалась помощь от гангстеров, хотя много потерял. Ещё чуть позже и жену его грохнули.
Получив столько информации всего за несколько минут, я сперва теряюсь, будто мою голову вдруг раскрыли и набили опилками, которые колются и царапают изнутри. А потом, когда смысл сказанного доходит до меня в полной мере, вместо опилок в голове начинает выстраиваться мозаика.
– То есть один из способов уничтожить «Могильные карты» – столкнуть их с правительством? – спрашиваю я, зная, каким будет ответ.
– Да. Если подобное повторится вновь, пиздец всем, – кивает Зайд. – Поэтому Вистан всегда действует очень аккуратно в своих делах. Со стороны кажется, он весь из себя такой уверенный и непоколебимый долбоёб, но на самом деле он лижет задницу правительству после той истории, идёт им навстречу, часто выполняет их условия, получая неприкосновенность взамен. Всё же тягаться с верхушкой в очередной раз и потерять всё не в его приоритете.
– Почему этим ещё никто не воспользовался, чтобы разрушить «Могильные карты» изнутри?
– Кто? – Зайд издаёт громкий смешок, будто я сказала очень глупую вещь. – Члены «Могильных карт»? Люди, которые получают огромные пачки зелёных за свою преданность Вистану и работу? Думаешь, Вистан собирает в свою команду людей с совестью? Блядь, людей, которые однажды проснутся и решат, что делают что-то неправильно, пойдут и откажутся от своей работы? Даже если кто-то вдруг осмелится на это, что очень маловероятно, им пиздец. Прежде чем ты попадаешь к нам, ты заключаешь сделку, клянёшься быть верным. Захочешь выйти из игры – придётся расплатиться либо жизнью, а заодно убьют и твою семью, либо оттяпают часть конечности и оставят метку. «Могильные карты» дают достаточно плюсов тем, кто в них вступает, чтобы группировка продолжала развиваться. Никому не нужно их устранять.
Я стараюсь укладывать в голове всё, что слышу. Никогда прежде я не сталкивалась с проблемами, которые требовали стольких размышлений. А сейчас мне кажется, будто от меня зависит судьба всего человечества, и решение нужно принять чёткое и взвешенное.
– Я просто напомню, что всё это не имеет никакого значения для тебя, Лина, – вдруг посерьёзнев, выговаривает Зайд. Его карие глаза смотрят на меня с долей строгости. – Потому что что? Правильно. Потому что, решив что-то изменить внутри этой системы… Блядь, ладно… ввергнув её в крах, ты подставишь своего муженька. Гай станет главой «Карт», и всё то дерьмо, которое учинит твой план, ляжет на его плечи. Он будет вынужден выгребать его до конца жизни, но к тому моменту организация будет слишком слаба, чтобы он что-то смог исправить, тем более с отсутствующим на то желанием. Возможно, уберут и его, а в лучшем случае, посадят. Надолго. Ты же этого не хочешь, да?
Я отрицательно качаю головой, хотя в этом нет надобности. Конечно, я не хочу подвергать Гая хотя бы малейшей опасности, но и сидеть сложа руки тоже не входит в мои планы.
– Неужели нет способа? Ни малейшего? – спрашиваю я с искрящейся надеждой в голосе.
Зайд тяжело вздыхает, цокает языком, нервно барабанит пальцем по рулю.
– Хуй его знает…
– И это всё, что ты скажешь? Тебе безразлична судьба твоего друга?
– Цыц, цыпочка, меня такими ванильными речами не возьмёшь. Тебе надо к Нейту.
– А что я могу ещё сказать? Нам нужно что-то делать. Я хочу уничтожить Вистана, но при этом не обрекая Гая на страдания. Неужели нельзя что-нибудь придумать? Может, мы с ним сумеем сбежать? Покинуть Штаты?
