Я наблюдаю за ними, стоя поодаль, держа в руке бокал с каким-то соком: слишком сладким, чтобы огорчаться своей жизнью, хотя мысли об этом преследуют меня с самого утра.
На кухне нет никого, кроме будущих мужа и жены, Зайда, уткнувшегося в свой телефон, и приехавшего Лэнса. Сам он сидит на стуле, с лёгкой улыбкой наблюдая за своими друзьями. Взгляд его тёплых карих глаз вдруг направляется ко мне.
– Всё в порядке? – спрашивает он меня заботливо. Мой вид, похоже, его озадачил.
На его щеках виднеется щетина, из-за которой он кажется гораздо старше, чем есть на самом деле. На нём простая серая кофта и тёмные штаны. По виду и не скажешь, что он когда-то был таким же наёмным убийцей, как Уэйн или Джаспер. В случае второго, его стиль в одежде ясно даёт понять хотя бы об одном – он любит выпендриваться. Джаспер носит классику, как и Гай, но отдаёт предпочтение бежевым и коричневатым оттенкам, белым рубашкам, клетчатым штанам и пиджакам, и дурацким подтяжкам.
Лэнс в этом смысле совсем никак не выделяется. Хотя, кто знает, может быть, во время своей службы он одевался так же, как и Джаспер.
– Да, всё хорошо, – отвечаю я.
Лэнс мне не поверил. Он ставит стакан, который держал до этого в руке, на стол, и приближается ко мне. Мы оба игнорируем хихиканья Моники и смешки Нейта, которыми они обмениваются, записывая на листы бумаги все свои свадебные пожелания на будущее.
– Я видел Гая снаружи, нервного и раздражённого, – произносит Лэнс.
Я злорадствую. Пусть он нервничает, пусть раздражается. По крайней мере, это совсем невысокая цена за мои мучения.
– Что случилось между вами? Я достаточно долго не слышал новостей от парней и от Гая. Знаю только, что вы согласились на высокий риск, чтобы уберечь Софи и моего ребёнка.
– А где она сейчас? – спрашиваю я, чувствуя лёгкое волнение. Всё же из-за меня весь этот сыр-бор.
– На территории, которая неподвластна «Могильным картам», так что она в безопасности, пока я решаю проблемы здесь.
Так значит, Вистан блефовал, когда угрожал убить её, решив этим заставить меня стрелять в Гая. Однако эта информация уже бесполезна, и даже знай я о ней ещё тогда, ничего бы не изменилось. Нейт с Зайдом всё равно оставались под угрозой.
– Мне жаль, что вам приходится через это проходить из-за меня, – начинаю я, и звучит это всё сперва так, словно я виню себя во всех произошедших бедах, однако имела в виду я не это, и спешу добавить: – Но вы все прекрасно понимаете, что моей вины в этом нет никакой. Я более чем уверена, что папа ничего с Натали не делал, что всё это глупая ошибка. Что наше с Гаем знакомство – самое крупное глупое совпадение или шутка жизни или Бога, смотря в кого или во что вы верите. Вы все помогли ему спасти меня, однако с самого начала виноват был только он.
Лэнсу мои слова не нравятся. Он стоит передо мной, опустив взгляд, словно, если мы посмотрим в глаза друг другу, всё станет лишь хуже.
– Ты права, – говорит он. – Ты умная девушка, Лина, много чего узнала и многое ещё узнаешь, но тебе нужно понять, что за всё приходится расплачиваться.
Я хмурюсь, потому что его слова звучат так, будто он поймал меня на каком-то крупном преступлении и вот-вот сдаст нужным людям.
– Зачем ты интересовалась способами устранить «Могильные карты»? – вдруг спрашивает Лэнс.
Он этого знать не мог. Никто не знал этого, кроме Зайда. Поэтому ответ очевиден.
– Не буду врать, – честно отвечаю я. – Хочу избавиться от отца Гая.
– И ты решила для этого воспользоваться правительством?
– Рассматривала как вариант.
Он кивает. У Лэнса светло-каштановые волосы, и в ярком свете лампочек на потолке они кажутся почти блондинистыми, а глаза имеют цвет мёда или карамели. Не такие, как у Зайда, у которого они порой кажутся полностью чёрными, особенно в темноте.
– Это плохой вариант, – говорит Лэнс. – Гай в таком случае займёт место Вистана, чего он не хочет делать. Полагаю, это ты знаешь. Знаешь, но подумываешь о том, чтобы этим воспользоваться. Разве это и есть ваша любовь?
Я понимаю, что не должна раньше времени раскрывать карты, поэтому прочищаю горло и выдаю чистую правду:
– Он меня сильно обидел.
– Я знаю, что он сделал. Но это не повод так с ним поступать.
– Я не хочу с ним так поступать. Да, мне хочется сделать ему больно, но я не буду поступать с ним так жестоко.
– Тогда для чего же ты всё это изучала?
Лихорадочно кручу в голове мысли и соображения. Я не была готова выдавать свои планы Лэнсу, не была готова к душевным разговорам на кухне, пока Нейт с Моникой милуются друг с другом неподалёку. Я вообще не хотела никого в это втягивать, кроме Зайда, с которым мы уже кое-что вместе исполнили.
– Я – дочь Кормака О’Райли, и у меня есть дядя, работающий в полиции, – говорю я, когда в голову неожиданно прилетает идея.
– И что ты хочешь этим сказать? – в задумчивом и удивлённом тоне заговаривает Лэнс. Мне кажется, эти слова для него даже звучат нелепо, как будто не к месту.
