– Кесслер – я вижу открытый порт внешнего шлюза в одной из стен базы, – раздался из коммуникатора голос Хермани. – Завожу туда «Кобру». Следуй за мной, дакарец.
– Пятисоттонник там поместится?
– Похоже, что ещё и место останется для второго такого же! – хохотнул Хермани.
Штурмовик, сделав довольно элегантную полупетлю, влетел в открывшиеся незадолго до этого бронированные створы шлюзовых ворот. Никаких противодействий этому оказано не было.
– Я сел! – донеслось из динамиков. – Давай сюда, Кесслер! Только скафандр при выходе не забудь одеть!
– Он всегда такой? – с усмешкой спросила Аллана, кивая на мультихроматрон.
– Почти, – отозвался Дитрих, сосредоточившись на управлении «Охотником». – Иди в шлюзовой отсек, готовься к выходу. ЗСК найдёшь в специальном шкафчике, увидишь его сразу. Одеть сама сможешь?
– Да.
– Тогда иди.
Больше не произнеся ни слова, дакарец отвернулся к пульту управления «Охотником», сосредоточившись на полётно-посадочной процедуре.
Кроме размеренной поступи высадившихся на станцию наёмников и леронийского археолога, ни один посторонний звук не нарушал более царящую много столетий внутри Октара тишину. Причём звуки, в основном, раздавались от бронированных ботинок «крестоносца», поскольку ботинки «заскоков» ступали куда мягче и создавали гораздо меньше шума. Впрочем, дакарец совершенно не обращал внимания на издаваемый им металлический лязг, продвигаясь вперёд по пустынным коридорам базы, держа в руках ручной ЭМ-пулемёт, готовый при малейшем подозрении на присутствие здесь врага наполнить коридор смертоносным ливнем разрывных пуль.
Древняя станция была пуста и безмолвна, и никто живой или не совсем живой не попадался высадившимся на ней на их пути. Тусклый свет, льющийся с потолка, явственно свидетельствовал о том, что механизмы базы работают в аварийном режиме. В какую сторону двигаться, было очевидно – прямо под ногами пришельцев по полу пробегали световые пунктиры, указывающие им направление. Судя по всему, Медальон Колтара синхронизировался с некоей установленной на Октаре аппаратурой, что лишний раз подтверждало правильность сделанных Алланой и Кесслером выводов.
Время от времени бросая подозрительные взгляды на артефакт виндикани, которой всё так же демонстрировал световые эффекты, Кесслер, держа палец на спусковой скобе своего пулемёта, осторожно продвигался вперёд. Уже можно было разглядеть в аварийном освещении наглухо закрытые двери кабины лифта, видимые в каких-нибудь двадцати метрах впереди по коридору.
– Что же это получается? – пробурчал Хермани, настороженно косясь по сторонам и держа наготове свой плазмаган. – Эту фигню, выходит, сделали в то время, когда Младший был ещё жив?
– Похоже, что нет, – отозвалась Аллана, так же настороженно оглядываясь по сторонам. – Насколько известно, Медальон был создан Салимом Колтаром спустя два или три года после исчезновения Озана. Салим Колтар, как принято считать по сей день, погиб в космическом сражении при Зансацу-V, но это ещё надо доказать, ибо, если факт гибели крейсера генерала общеизвестен, то факт гибели Колтара окружён слухами и домыслами. Вполне возможно, что он сумел покинуть свой корабль перед его гибелью… или же его там вообще не было…
– Но хроники Братства говорят как раз об обратном, – возразил Дитрих, подходя к дверям лифта и внимательно их осматривая.
– Хроники на то и хроники, Дитрих. Вся история с Младшим полна недосказанных предположений и версий, от вполне правдоподобных до самых бредовых.
– Думаю, что мы всё это скоро узнаем.
Кесслер решительно надавил на клавишу отпирания двери. Какое-то время казалось, что механизм сломан и не откроет проход в кабину лифта, но спустя несколько секунд где-то за обшивкой стены что-то глухо заурчало и металлические створки неспешно разошлись в стороны.
– Куда теперь? – спросил Кесслер, входя в кабину лифта и вопросительно глядя на Аллану.
Ответить девушка не успела. От Медальона в сторону наборной панели, видневшейся рядом с дверью, протянулся тонкий рубиновый лучик, словно в него был встроен боевой лазер, уткнувшийся в одну из клавиш с изображением какого-то непонятного символа.
– Это он показывает, что на это надо нажимать? – спросил Хермани, перекидывая из правой руки в левую плазмаган.
– Похоже на то! – пожал плечами Кесслер.
– И тогда чего мы ждём?
Дитрих, хмыкнув, ткнул бронированным пальцем в кнопку, на которую указывал луч, исходящий из Медальона. Дверные створки кабины тут же сомкнулись и лифт пришёл в движение. Очевидно, он являлся самым обыкновенным лифтом, не пронизывающим, так как явственно ощущались вибрация и звук заработавших моторов, что были установлены на крыше кабины.
– Хм, поглядим, что нас ждёт в том месте, куда эта кабина спускается! – эридуанец прислонился к одной из стенок кабины, вся так же держа наготове плазменную винтовку. – Держу пари, что там мы сможем найти ответы если не на все, то на большинство вопросов!
– Это мы поглядим, – отозвался Кесслер.
