– Но вы же родственники, – выражение лица Брэда отражало весь дискомфорт, который он испытывал. – Разве это не… отвратительно?
Лицо Кайлера застыло:
– Мы не делаем ничего плохого, – ответил он ледяным тоном, – и это как угодно, но только не отвратительно, могу тебя заверить.
Рот Брэда скривился. Он переводил взгляд с меня на Кайлера:
– Для большинства людей это не так.
– Нам все равно, что подумают люди. Это не их дело, – встряла я.
– Это вы сейчас так говорите. А что будет, когда придется отбиваться от злых взглядов и намеков? Проводить работу с оскорблениями и ехидными замечаниями на почасовой основе?
– Мы справимся, и если ты не на нашей стороне, то держи свое мнение при себе.
Машина Кая сорвалась с места и уехала с трека. Брэд поехал за нами, но атмосфера однозначно накалилась. Осталось много недосказанности. Моя эйфория разбилась на куски, и я все думала, не пожалел ли Кай о своих словах «Она моя».
Не хотелось вставать между ним и Брэдом, когда их дружба только восстановилась. Я хотела бы получить некую определенность по поводу наших с ним отношений, но одновременно, боялась столкнуться с этим лицом к лицу. Эддисон разрушила доверие Кая, и если он заявил о своих правах на меня, я должна быть уверенна, что он делает это потому что свободен в своем выборе, а не потому что чувствует себя загнанным в угол. Я ведь не шутила, когда сказала, что ему необходимо найти себя.
Сказал бы он так, если бы Брэд не припер его к стенке своим вопросом? Может, он уже хочет вернуть слова обратно? И действительно ли он готов к реакции публики?
Я совру, если скажу, что не разозлилась на Брэда. Я почему-то считала, что именно он как раз проявит больше понимания. И если такая реакция лишь отголосок мнения большинства, то я боюсь представить, что будет, когда мы объявим о своих отношениях.
Мы ехали в полном молчании, прогрузившись в свои мысли.
За исключением того, что в этот раз молчание было перегружено невысказанными словами, а воздух хоть режь от повисшего напряжения.
Когда Кай припарковался, я готова была выскочить из машины, внутри которой сгустившаяся атмосфера уже мешала дышать.
– Фэй, подожди, – он отстегнул ремень и откинул голову на спинку кожаного кресла. – Слушай, – он неуверенно медлил, и я освободила его от необходимости говорить:
– Все в порядке, Кай. Честно. Не надо ничего объяснять. Меня все устраивает, и вовсе не нужно открыто об этом заявлять.
Он нахмурился и оторвался от спинки.
– Уверена?
– Ага, – я выскочила из машины, придержав дверь, – все в порядке. У нас все в порядке. Не парься.
– Хорошо, – он вышел из машины и захлопнул дверь сильнее обычного. – Рад, что мы на одной волне, – проворчал он, направляясь в дом, как будто я только что обидела его самым худшим образом.
Этой ночью он не пришел.
А на следующее утро в школу меня отвозил Кэлвин.
– Ты злишься на меня? – спросил Брэд, облокотившись о мой шкафчик, когда я приехала.
Я захлопнула дверцу, почти задев его пальцы.
– С чего бы это? – я добавила сарказма с горочкой.
– Окееееей, – он отлепился от шкафчика, – я предприму опасную попытку и рискну сказать, что это «Да».
Я прижала книги к груди, а Брэд шел рядом.
– Лучше бы ты вчера промолчал.
Он остановил меня, взяв за руку, и развернул к себе лицом.
– Я знаю Кая всю жизнь и могу сказать, когда он не в себе, но я не хотел ссорить вас, клянусь.
– Думаешь, он не в себе из-за меня? – я заметила несколько любопытных взглядов от тех, кому пришлось обходить нас вокруг.
– Каю для начала нужно бы разгрести свое собственное дерьмо, а уж потом объявлять такие вещи официально. Он беспокоится о тебе, я это знаю, и я вижу, как ты на него смотришь. Ты тоже волнуешься за него. Но вам обоим нужно равновесие, чтобы иметь дело с предрассудками других.
– Ты думаешь, я этого не понимаю?! – прошипела я.
Брэд остановился у дверей моего класса.
– Понимать и столкнуться лицом к лицу – разные вещи. Готова к тому, что тебя могут назвать любительницей инцеста, быдлом, больной, испорченной, извращенкой?
– А, ты именно так думаешь, да?
– Честно говоря, я не знаю, что думать, – он с трудом сглотнул. – И я не могу засунуть голову в песок и притвориться, что ничего не видел.
Я открыла дверь.
– Я ожидала от тебя большего понимания.
– Я постараюсь, – поморщился он.
– Ради Кая, уж надеюсь, ты постараешься, – я сверлила его взглядом, открыв дверь.
Лана не пришла в школу, а Роуз работала над каким-то проектом, поэтому я даже пропустила обед, не желая снова вступать в конфронтацию с Брэдом.
В конце дня я пошла в бассейн с Роуз на пробы. Тренер поставил всех в ряд, желая, чтобы я показала свои способности перед командой.
После этого меня попросили остаться, чтобы замерить личные показатели. Когда он наконец свистнул, заканчивая занятие, я вышла из бассейна с болью в конечностях, но зная, что в команду меня приняли.
