– Понимаешь, я ее ищу, как могу, – доверительно стала я рассказывать псу, – у меня даже в кармане есть ее кисточка.
Я достала из кармана куртки кисть, вытащила из пакета и показала собаке. Та понюхала, завиляла хвостом и снова заскулила.
– Пойдешь со мной? – снова спросила я и направилась к выходу.
Обернувшись, я увидела, что пес неуверенно следует за мной, и обрадовалась.
– Только на автобус нас могут не пустить, так что пойдем пешком.
Собака согласилась.
По дороге я зашла в магазин, купила шампунь для собак, корм, ошейник и поводок.
– Я буду звать тебя Рыжиком, если ты не против, – сообщила я собаке, когда мы подходили к дому.
До прихода папы с работы я поспешила помыть Рыжика, расчесать и накормить, чтобы он выглядел максимально благонадежным в глазах домашних.
Постелив ему в прихожей три слоя утеплителя, я сообщила, что теперь здесь будет его место. Рыжик смиренно согласился.
Вернувшемуся папе я сказала, что взяла Рыжика на передержку, на время отъезда его хозяев. Папа с сомнением покосился на нового, хоть и временно соседа.
– Не знаю, как воспримет его Зевс, – озвучил папа мои сомнения. – Мы же не сможем его оставлять на выходные здесь одного. А Зевс ненавидит собак, если ты помнишь. Или ты больше не будешь ездить к бабушке и деду на выходные?
– Пап, ну я же говорю, это временно. У него есть хозяйка, – успокоила я папу.
Гулять с собакой я приноровилась относительно быстро, хотя Рыжику и не нравилось ходить на поводке. Побегать вволю я отпустила его на находящемся рядом с нашим домом пустыре, а чтобы не пересекаться с другими собаками, решила ходить туда рано утром.
Мои домашние не особо верили, что у Рыжика есть хозяйка и что он у нас временно, а я старалась эту тему обходить. Понятное дело, что на выходных я осталась с Рыжиком одна дома, чтобы не травмировать тонкую психику проживающего у бабушки кота Зевса.
Надо отметить, что я даже была рада остаться дома: я изрядно устала за последнее время от своих расследований и поездок по городу. Накануне я еще раз приехала в то место, где встретила рисующую девушку в надежде, что это действительно была Ксения. Но больше ее там не увидела. Зато на меня стали обращать внимание жильцы дома, подозрительно смотря из окон. Это было понятно: одно дело рисующий художник с мольбертом: видно, что он занят делом. А вот что там делала я, топтавшаяся во дворе несколько часов, это был для жителей вопрос.
Воскресенье выдалось теплым, и мы с Рыжиком с удовольствием бегали на пустыре за палкой. Я уже чувствовала, что мне будет жаль расстаться с собакой, когда объявится Ксения. О своих мыслях по поводу Ксении, Бориса и мужчины с прической Элвиса Пресли я собиралась рассказать Вячеславу Олеговичу, мужу няни Андрея, как только он приедет из Севастополя в отпуск, чтобы вновь контролировать расследование.
Зазвонил телефон, и я увидела на экране «Сашка». Кто такой Сашка, я никак не могла вспомнить и в недоумении ответила на звонок.
– Майка! – прокричал телефон еще более необычным голосом, – привет!
Из уголков моей памяти стали всплывать воспоминания недавнего прошлого: Крым, Севастополь, моя работа в кафе под чужим именем, Марианна…
– Марианна? – с сомнением спросила я.
– Да! Ты меня узнала! Круто! – кричал мой телефон.
– А… ты откуда звонишь?
– Я в Питере! – радостно кричала Марианна, – Я приехала по адресу, который был у тебя в паспорте. Ну ты же помнишь, что мы с тобой менялись паспортами. Ну так вот, я приехала, а тут мальчик из соседней квартиры говорит, что ты больше здесь не живешь, представляешь?
Пока Марианна тараторила, до меня дошло, кто такой Сашка. Это сын тети Марины, маминой подруги, жившей по соседству много лет. В той квартире выросла моя мама, потом мы там жили всей семьей, пока мне не исполнилось девять лет. Потом мы на время переехали в Москву, а затем, когда семья воссоединилась, продали квартиру и купили жилье побольше здесь.
– Тут вот мальчик не хочет давать твой новый адрес, скажи ему, что я твоя подруга! – возмущенно кричала в трубку Марианна.
Я вздохнула.
– Хорошо, передай телефон Сашке.
Через час мы с Марианной сидели на лавочке в соседнем дворе. Моя крымская подруга еще больше похорошела и рассказывала с горящими глазами о том, как ей нравится Петербург.
Я кивала и соглашалась, все еще находясь в замешательстве от нереальности происходящего.
– Так ты согласна? – радостно воскликнула Марианна в завершение своего эмоционального повествования.
– С чем? – на всякий случай переспросила я.
– Чтобы я у тебя пожила пару недель!
– Эээм, – промычала я, – а тебе больше негде жить?
– Да я же говорю, всего на пару недель. Потом мы с сестрой купим квартиру, и я сразу съеду.
– Вы с сестрой?.. А у вас есть деньги на покупку квартиры? – с сомнением спросила я.
– Ну, или снимем квартиру, – в нетерпении поправила Марианна.
– А почему нельзя ее сразу снять? – не поняла я.
– Я же говорю, мне нужно кое-что уладить. Я не могу сразу поехать к Финке.
– А твоя сестра живет в Петербурге?
