– Ну не к Ниязу же, – хохотнула женщина, – может, какой-то заказчик, Бориска же вроде художником был. А у них там в их мире все необычные, не знаешь, что в их головах творится. Вон Бориска сперва в одном пожаре уцелел, так после этого не сбежал, а в этом же доме поселился, только в другой квартире. И ведь правду говорят: кому суждено сгореть, тот не утонет. Все равно сгорел. И картины его тоже.
– В каком пожаре он сперва уцелел? – не поняла я.
– Дак зимой он в другой квартире жил, и тоже в этот доме. Соседи его по квартире выпить любили. Один заснул с зажженной сигаретой, пожар случился. Тот угорел, а Бориски дома не было, повезло. Зато все его картины сгорели. Он через стенку жил с тем пьяницей. А стены-то здесь картонные. Как он убивался по этим своим картинам… ходил чернее тучи. А вот видишь, один раз сберегся, а второй – нет.
– А после того раза он переехал?
– А потом снял жилье в этом же доме. Говорит, здесь вид из окна вдохновляет. Такой же, как в его родном городе был в детстве. А что тут за вид?.. Качели сломанные, разрушенная площадка, заводская труба торчит над домами. Вот и говорю, странные эти художники. Причем, понимаешь, он же не комнату снял, а всю квартиру. Чтобы, говорит, больше его творчество не пострадало от соседей. Вот какой смысл? На эти деньги он мог в центре снять нормальную однушку или даже двушку. Странные…
– Да, действительно… – пробормотала я. – Ну, если вдохновение у него здесь, то что же поделать… а откуда у него были деньги, чтобы снять всю квартиру? Он хорошо зарабатывал?
– Вот уж не знаю, я чужие деньги не считаю. Может, были еще такие же странные, кто покупал эту тоску в рамках. Видела я как-то раз его рисунки мельком, которые уцелели. Он как раз переезжал. Какие-то серые дома, облезлые стены… и куча набросков одного и то же старого дома, таких в центре города навалом. Вот я бы, если бы художником была, одни цветы рисовала бы, – мечтательно добавила женщина, снимая свою косынку и вертя головой.
– Спасибо, – задумчиво проговорила я.
– Ты меня подожди, вместе к метро пойдем, если боишься. Я уже закончила.
Я с благодарностью согласилась. Возле метро женщина свернула в сторону железнодорожной платформы, помахав мне на прощание.
Опустившись на скамейку в поезде, я, наконец, почувствовала себя в безопасности и выдохнула. Хотелось поскорее доехать до дома, свернуться калачиком у телевизора и посмотреть какой-нибудь светлый фильм со счастливым концом.
Я пообещала себе это осуществить в ближайшем будущем, а сама полезла в Интернет, набрала в поиске «Элвис Пресли» и полистала фото. Да, прическа необычная, но сейчас что только себе не сооружают на голове и девушки, и мужчины. Разве что экспериментируют в основном молодые, а мужчина, приходивший к Борису, был среднего возраста…
Устав от размышлений, я задремала и проехала свою станцию. Пришлось выходить на «Приморской», ехать обратно, пересаживаться. Домой я добралась страшно усталой, отказалась от ужина и завалилась спать. Сны мне снились на удивление светлые и позитивные: дети в том самом заброшенном садике в Обухово собирали одуванчики, плели венки и счастливо бежали к пришедшим за ними мамам. В верхушках высоких тополей светило солнце, а с ветки на ветку прыгали воробьи и радостно чирикали.
Проснулась я с мыслями, что все обязательно будет хорошо.
После школы, где перед каникулами учебой нас уже не особо напрягали, я помыла голову, накрутила волосы на бигуди, красиво их уложила, накрасилась и нарядно оделась.
«Сегодня я пойду в кафе с Леркой, – напутствовала себя я, – там встретимся с ЕЕ парнем, мы съедим вкусное мороженое, а потом я расскажу им о своем расследовании. И пусть дальше ломает голову Андрей, а помогает ему в этом Лерка. А я буду смотреть веселые фильмы, наслаждаться жизнью, делать ремонт в нашей новой квартире и общаться с семьей».
– Майя, какая ты красивая! – воскликнула Лерка, когда мы встретились с ней на остановке.
– Спасибо, – улыбнулась я, – что-то сегодня такое настроение, – но ты все равно красивее!
Лера покрутилась перед стеклянной стеной на остановке, задумчиво оглядев себя, и вроде тоже осталась довольна. К месту встречи с Андреем мы опоздали на пять минут. Лерка сразу побежала к своему другу и чмокнула его в губы. Увидев это, я остановилась в удивлении.
«Что же, все логично, – сказала я себе, – иди и делай вид, что все в порядке».
Андрей, похоже, тоже удивился этому поцелую, но не подал вида. Потом он заметил меня и как будто остолбенел.
А я стояла, чувствуя себя ужасно глупо в ярком пальто, с уложенными волосами и слоем косметики на лице.
«Ну и что ты вырядилась?» – зло сказала я себе, попыталась убрать волосы под воротник и незаметно стереть с губ помаду. Конечно, жалкие старания не увенчались успехом, и я под взглядами еще нескольких посетителей кафе прошла и села за дальний столик, попытавшись задвинуться за горшок с пальмой. Лерка взяла за руку все еще находящегося в ступоре Андрея и поспешила за мной.
