Накануне мировой катастрофы полностью

«Я сделал многозначительное лицо и сказал, спокойно глядя моей собеседнице в глаза и отчеканивая каждое слово: «Короче говоря, он не признался».

Г. Шереньи ответила: «Конечно, нет… Он не мог признаться» [570].

Она рассказала П. Гийому, будто играла при Ф. Штангле роль психотерапевта, помогая ему облегчить свою совесть признанием, поскольку было бы слишком ужасно, если бы он думал, будто все это сделал он один.

В 1979 году эта дама, как фанатичная поборница правды, яростно набросилась на ревизионистов, особенно на Артура Бутса. Она писала:

«Штангль умер. Но если бы Бутс действительно был заинтересован в истине, он мог бы расспросить как свидетелей вдову Штангля и многих других» [571].

А. Бутс в своем ответе мог бы указать на то, что журналистка не может доказать подлинность признания Ф. Штангля, не имея магнитофонной записи, но он предпочел аргументацию совсем другого уровня:

«Нам не нужно никаких «признаний», чтобы доказать, что Дрезден и Хиросиму действительно бомбили или что в порядке возмездия за убийство Гейдриха в Лидице были расстреляны заложники. При мнимом уничтожении евреев речь идет не об отдельном убийстве, а о событиях континентальных масштабов, жертвами которых якобы стали миллионы. Сколь смешна позиция поборников этой легенды, которые в конечном счете всегда пытаются подкрепить свои утверждения признаниями, сделанными в существующие уже 35 лет атмосфере истерии, цензуры, террора, преследований и грубого нарушения закона… Гитта Шереньи попыталась доказать реальность мнимых зверств тем, что рассказал ей в тюрьме душевно сломленный старик. С таким же успехом можно было бы утверждать, что Нью-Йорк в 1950 году сожгли цыгане, используя как доказательство признания живших тогда цыган… Если бы европейских евреев действительно истребляли, не приходилось бы прибегать к такого рода уловкам» [572].

Студент: То, что мы имеем дело с чудовищной ложью, понимает каждый из нас. Но не понятно, почему обман таких масштабов держится во всем мире уже 60 лет и при этом надежно защищен от критики цензурой и даже террором.

Ф. Брукнер: Этот вопрос мы рассмотрим завтра, в последний день нашего семинара.

Ф. Брукнер: После исследований, которые он вел почти два десятилетия, Поль Рассинье, основатель ревизионизма, пришел к выводу, что истребление евреев в газовых камерах это «самый ужасный и мрачный обман всех времен». Я лично, не раздумывая, подписался бы под этим выводом.

В начале последнего дня нашего семинара мы займемся вопросом, каким образом возник этот обман.

Ложь о массовых убийствах гражданского населения ядовитым газом восходит ко временам Первой мировой войны. Как вы помните, английская газета Дейли Телеграф от 22 марта 1916 г. сообщала, будто австрийцы в Сербии загоняют гражданское население в церкви и убивают там ядовитым газом. Не лишено иронии то обстоятельство, что та же Дейли Телеграф , 26 лет спустя, 25 июня 1942 г, писала на своей пятой странице:

«Немцы убили в Польше 700 000 евреев. Передвижные газовые камеры».

Таким образом, противники Германского Рейха, т. е. союзные державы и еврейские организации, решили снова пустить в оборот пропагандистскую ложь времен Первой мировой войны. Как мы знаем, сначала газовые камеры и душегубки имели множество конкурентов. Только после войны на свалку истории были выброшены установки для убийства электротоком, вагоны с известью, камеры, из которых откачивался воздух, и паровые камеры.