Накануне мировой катастрофы полностью

Какие странные слухи ходили в лагере, рассказывал и бывший узник Освенцима Арнольд Фридман, который выступал в качестве свидетеля обвинения на первом процессе Цюнделя в Торонто в 1985 году. Во время его допроса адвокатом Цюнделя Дугласом Кристи Фридман сказал, будто из труб крематориев Бжезинки вырывалось высокое пламя, и эти крематории распространяли ужасный смрад (что технически невозможно). Мало того: по цвету пламени заключенные якобы определяли национальность мертвецов, которых сжигают!

Вопрос: Можете ли вы нам сказать, что смрад, исходивший из этих четырех труб, был одним и тем же?

Ответ: Ну; это был запах горелого мяса, а цвет дыма менялся, от желтого до темно-красного, я не знаю, в зависимости от чего.

Вопрос: Давало ли это повод для споров в бараках?

Ответ: Да, это вызывало споры. Мы спорили о разных вещах, в частности, мы высказывали догадки, что, когда из труб вырывалось пламя одного цвета, речь шла о венгерских евреях, а если другого, то о польских [576].

Студент: Показаниями такого свидетеля обвинители Цюнделя явно забивали гол в собственные ворота!

Ф. Брукнер: Другой гол в собственные ворота они забили, пригласив такого свидетеля, как Рудольф Врба.

Как видим, даже самые фантастические слухи, находили в лагере добровольных распространителей. Неудивительно, что верили и таким слухам, которые обращали гигиенические меры по спасению людей в их противоположность.

Из камер для уничтожения паразитов, особенно разносчиц тифа — вшей, с помощью синильной кислоты или горячего пара, пропаганда лагерных движений сопротивления сделала газовые и паровые камеры для убийства людей. А заключенных, которые исчезли из лагеря «А», потому что их перевели в лагерь «Б», объявляли убитыми в этих газовых или паровых камерах.

Постоянные переводы заключенных привели к тому, что эти сообщения распространились по всем лагерям, а после войны сотни тысяч бывших узников концлагерей рассеялись по всей Европе, выдавая то, что они слышали, за непреложную истину. В сочетании с ужасными картинами только что освобожденных лагерей, таких как Берген-Бельзен, Бухенвальд и Дахау, где союзные войска увидели тысячи трупов и ходячие скелеты, это создало идеальную питательную почву для пропаганды Холокоста.

Студент: Внесли ли союзники с самого начала свой вклад в эту пропаганду сообщений о массовых убийствах людей в лагерях?

Ф. Брукнер: В одном официальном заявлении Советского правительства еще в конце 1942 года говорилось о массовых убийствах синильной кислотой, а также о расстрелах, убийствах электротоком и сожжении:

«Не говоря о том, что мужчин, женщин и детей косят из автоматов, людей убивают в специально оснащенных газовых камерах, а также электрическим током и массами сжигают. Заключенных концлагерей убивают синильной кислотой» [577].

В августе 1943 года и англо-американцы намеревались выпустить заявление, в котором упоминались газовые камеры. В одном составленном американским и английским правительствами проекте говорилось:

«Их (жертвы) вместе с женщинами и стариками посылают в концлагеря, где их теперь систематически убивают в газовых камерах».

В окончательном варианте этого заявления упоминание о газовых камерах исчезло. У англичан были сомнения, и они возражали американцам, что нет доказательств «утверждения относительно убийств в газовых камерах». В итоге англичане и американцы сошлись на том, что надо убрать сомнительный абзац [578].

Студентка: Что знали в Лондоне и Вашингтоне о положении евреев на территориях, находящихся под властью Германии?

Ф. Брукнер: Почти все. Доказательством служит вышедшая в 1943 году книга канадского демографа проф. Юджина М. Кулишера под названием «Перемещение населения в Европе» [579]. При составлении своей документации Кулишер опирался на информацию 24 организаций и учреждений, от Международного Красного Креста и Института по еврейским проблемам до французского и польского информационных центров в США.