Брошенное в лицо оскорбление, жгучая пощечина — и юная эльфийская леди вынуждена уехать из родного Леса.Случайная встреча в узком коридоре, взгляд сапфировых глаз — и сердце циничного оборотня начинает биться чаще.Четверо друзей, студентов Академии, оказываются замешаны в кровавых убийствах. Где-то совсем рядом таинственный колдун плетет свои сети, направляя на беззащитных горожан свирепых ликанов.Судьбы знатной эльфийки и простого оборотня переплетутся. Им придется решить, что для них важнее: гордость или любовь? И стоит ли жертвовать дружбой ради справедливости?
Пролог
Бархатная ночь окутывала их своей волшебной чарующей тишиной. Небольшой балкончик верхнего этажа ограждали лишь невысокие стальные перила, которые приятно холодили разгоряченную после жаркого летнего дня кожу.
— Почему он так необходим тебе? — спросил стоящий у самых перил колдун. Тонкая темная рубашка не спасала от шального ветра, и он едва заметно дрожал, наблюдая за полностью расслабленным ликаном, раскинувшемся в плетеном кресле.
— Он — полукровка. Неуязвим и для светлых, и для темных. Если его приручить, он станет жемчужиной нашей армии.
— Твоей, — почтительно заметил колдун.
— Моей, — не стал спорить ликан. — Настало время проверить ее в действии.
— Это может привлечь ненужное внимание…
— Как раз то, что нам необходимо. Пора посеять ветер.
— Чтобы потом мы смогли пожинать бурю, — закончил колдун.
— Она будет прекрасна, — мечтательно произнес ликан, прикрывая глаза. — Наступит ночь, когда все изменится. Они запомнят ее. И нас.
Часть 1. Это только начало
Глава 1. Бал
4858 год от Великого Нашествия
Листерэль, столица Рассветного Леса
Бал, устроенный в честь совершеннолетия кронпринца, был в самом разгаре. Огромный зал королевского дворца Листерэля, столицы Рассветного Леса, блистал во всем своем великолепии: пол из розового мрамора сверкал ярче тысяч звезд, потолок украшали причудливые фигуры птиц и зверей, мелодии в исполнении лучших эльфийских музыкантов завораживали, а легкие закуски и вино из королевских погребов могли усладить вкус любого, даже самого придирчивого гурмана. Танцам и веселью не было конца. Идиллия.
Мила в очередной раз подавила естественный порыв закатить глаза. Почему такая несправедливость? Почему на этом проклятом балу, задерите его демоны Глубин, представлять семью должна именно она? И не просто представлять, а «постараться наладить отношения с тетей»! С той самой тетей, с которой вдрызг разругалась мама почти тридцать лет назад и до сих пор не желает мириться. То есть ей можно обижаться и не общаться с сестрой, а Миле необходимо «поддерживать контакт»! Вот где справедливость? Понятно где, не будем отвечать в рифму.
Девушка тяжело вздохнула, что не укрылось от ее собеседника.
— Я тебя, наверное, утомил? — ничуть не обидевшись, с улыбкой поинтересовался лорд Рисанэ. — Мне в разговоре нечем развлечь молодое поколение.
— Напротив, — Мила повернулась к сидящему рядом седому эльфу. Хоть их раса и не была подвержена старению, но жизненные испытания оставляют следы и на душе, и на теле. Лицо Селона Рисанэ оставалось по-эльфийски молодым, но седые виски, тонкие нити шрамов, утомленный взгляд — все это показывало, что лорду довелось пережить много трудностей и лишений. И хоть сейчас его жизнь, благодаря второй тети Милы, леди Авелис, наладилась, некоторые раны не заживут никогда. — Ваши рассказы, лорд Рисанэ, это единственное, что удерживает меня от смерти по причине скуки.
— Тогда я продолжу вас спасать, дорогая племянница, — мягко пошутил генерал и вернулся к прерванному рассказу. А Мила в очередной раз поблагодарила Судьбу за то, что ее тетя Авелис выбрала себе в мужья лорда Рисанэ, который был достаточно умен, чтобы не лезть к племяннице с банальными советами «молодой леди стоит танцевать, а не сидеть на кушетке весь вечер» или «тебе, как леди Феланэ, необходимо пойти и пообщаться с кузенами, наладить отношения с тетей Алестой». Он продолжил свой рассказ, предоставив девушке самой решать, как проводить вечер. Да, все же какое это счастье, когда в твоей семье пару выбирают не по знатности, красоте или богатству, а по любви. А так как вкус у леди Феланэ всегда был хорошим, то и мужья у них были лучшие. Что папа, что дядя Селон!
— Не танцуешь, Мила? — Авелис маленькой птичкой порхнула к ним, распрощавшись с очередным кавалером. К торжественным приемам леди Рисанэ, в отличие от своей сестры и племянницы (которые их терпеть не могли), была равнодушна, но танцы обожала. Она готова была весь вечер кружиться в паре с чудесным кавалером, главное, чтобы тому хватило выносливости. Муж леди Рисанэ из-за давней травмы хромал и танцевать не мог, но всегда отпускал жену веселиться, лишь издалека наблюдая за ее легкими движениями и счастливой улыбкой. Милу всегда поражало то, что дядя не ревновал тетю в эти моменты: он наслаждался ее радостью как своей, даже больше. Это маленькое подтверждение их большой и чистой любви всегда заставляло Милу с трепетом и уважением относиться к лорду Рисанэ.
— Нет, еще не успела.
— Зря, ты бы украсила этот зал, танцуя в паре с каким-нибудь молодым лордом, — сияющий блеск серых глаз тети был ярче восторга в ее голосе. — Но, зная твои предпочтения, не удивлена. Каждому свое, — прощебетала Авелис, сплетая свои маленькие аккуратные пальчики с покрытой шрамами ладонью мужа. — Селон еще не замучил тебя? Он может рассказывать свои истории часами, если его не остановить.
