– Если вы сможете привезти ее сюда, я с удовольствием встречусь с ней, – продолжала меж тем Грета. – Вполне возможно, что-то отвратило ее от колледжа, и я уверена, что смогу добраться до самой сути. А когда я это сделаю, то предложу ей вернуться, чтобы она могла закончить этот семестр и осенью начать все с чистого листа. – Тут советник подалась вперед и сжала руки, словно в порыве откровенности. – Но вы должны понимать, миссис Ломакс, очень часто все, что требуется в таких случаях, – это просто время, за которое люди взрослеют и начинают лучше понимать, куда они идут и что будет, если они продолжат двигаться в этом же направлении. Правильно ли будет сказать, что вам было очень трудно предоставить ей это время?
– Правильно, – ответила Ясмина.
– Тогда вам должно быть ясно, что делать дальше. Найдите человека, который сможет уговорить ее встретиться со мной. Пусть он ее уговорит. А потом – как это ни трудно – наберитесь терпения. Мы во всем разберемся.
Впервые за черт знает какое время Тревор Фриман почувствовал, что ему не просто нужна физическая нагрузка – она ему необходима. Он надеялся, что если нагрузит себя достаточно сильно, то сможет избавиться от мыслей о телефонном звонке сына, последовавшей за этим беседе с женой и том выборе, который ему предстояло сделать.
Приехав в «Фриман атлетикс», он сразу прошел к беговой дорожке. Оттуда перешел на тренажер с утяжелениями. Оттуда – на статические тренажеры. И снова на беговую дорожку. Пот лил с него ручьями. Одна из его тренеров прекратила работу с клиентом и подошла к нему на пару слов. «Или вы притормозите, или доведете себя до сердечного приступа», – сказала она. И ему пришло в голову, что сердечный приступ, «скорая» и больница могут быть не самым худшим выходом из сложившейся ситуации.
А потом появились полицейские. Тревор удивился, увидев их, потому что не мог понять, как им удалось добраться до него, если только они не приехали к нему в дом, не выяснили, что его там нет, и не поговорили потом с соседями. «Интересно, – подумал Фриман, – а почему они мне не позвонили? К чему эта поездка в Вустер?»
Ответ он получил, как только увидел их лица и то, как каждый из них изучает его. Конечно, они не хотели говорить по телефону. Они хотели рассмотреть под микроскопом все его телодвижения, в то время как он отвечает на их вопросы.
Когда полицейские попросили о разговоре наедине, Тревор провел их в свой кабинет. Он знал, что от него воняет пóтом, поэтому постарался поплотнее прикрыть за собой дверь. Если им так хочется допросить его, пусть наслаждаются запахом его тела.
– Сын звонил мне по телефону, – сказал Фриман офицеру-мужчине. – Вы опять говорили с ним в мое отсутствие, и за это вам придется ответить перед вашим руководством. Вы, вообще, что о себе думаете, ребята, когда врываетесь в спальню спящего ребенка и пугаете его до потери сознания?
– Его было трудно застать дома, – пояснил мужчина.
«Его зовут Линли», – вспомнил Тревор.
– Мы стучали и звонили в звонок, – добавила женщина; Фриман помнил, что она – сержант. – Вы бы посоветовали ему запираться на ночь. А то одному богу известно, кто в один прекрасный момент может оказаться в его кровати, если он не будет за этим следить…
– Как я понимаю, его возбудило наше посещение, – сказал Линли.
– Если это так у вас называется. А что вы от него ожидали, черт побери?
– Он позвонил вам, а не матери? – уточнила сержант. – Странно, ведь она имеет отношение к полиции… И странно, что он не позвонил ПОПу, потому что тот живет неподалеку.
– Меня не касается то, что кажется вам странным.
– Просто мы никак не можем понять – я и инспектор, – какое отношение полицейский общественного порядка имеет к семейству Фриманов.
– Он хороший парнишка. Моя жена приняла участие в его судьбе, что, кстати, является частью ее работы. И я не вижу, как это может быть связано с тем, что вы вломились в спальню моего сына на рассвете.
– Я бы не стала называть ПОПа парнишкой. А вы, сэр? – обратилась женщина к Линли.
– Он для этого слишком стар, – согласился инспектор.
– Да какое, к черту, имеет значение, сколько ему лет? – задал вопрос Тревор. Он никак не мог понять, чего им от него надо и как им удалось так быстро заставить его оправдываться, тогда как именно это он сам хотел сделать с ними. – Тренировочный центр для полицейских общественного порядка находится на территории полицейского управления, в котором работает моя жена. С Газом я и Финн познакомились через нее.
– Она что, привела его в дом? – не отставала Хейверс.
– Моя жена хотела, чтобы наш сын с ним встретился. Думала, что Газ будет хорошо на него влиять. Вроде старшего брата, потому что у Финна нет ни сестер, ни братьев. С этого все и началось.
– И?..
– Что «и»?
– И чем все это закончилось?
– Вы это уже знаете. Вам не кажется, что вы зря теряете время?
– И все-таки мы хотели бы, чтобы вы ответили, – заметил Линли.
– Просто мы любим раскладывать факты по полочкам, – пояснила сержант.
