– Интересно, что это первым пришло вам в голову, – заметил Линли.
– А что мне еще должно прийти в голову, если полиция хочет о ком-то со мной поговорить? Вы зачем-то ее проверяете, и наверняка не потому, что она подала заявление о приеме на работу.
– Умно, – произнес инспектор.
– Мы с ней побеседовали, – добавила Хейверс. – И теперь хотим проверить то, что она наговорила.
– Что значит «проверить то, что она наговорила»? – Детективы ничего не ответили, и какое-то время Фрэнси размышляла над сказанным. Затем переступила с ноги на ногу и положила руку на бедро. – Она что, рассказывает обо мне какие-то глупые сказки? Если да, то позвольте сообщить вам, что все началось с того, что она застала меня, когда я делала минет Бруталу. До этого мы с ней были наилучшими подругами. А когда она нас поймала, я ей объяснила, что ни за что не дотронулась бы до Брутала, знай я, что она хоть чуточку в нем заинтересована. А так – почему я должна была вести себя по-другому; ведь весь мир знает, что он не пропускает ни одной юбки, а она – часть этого мира, насколько я понимаю. И то, что я оказалась в его комнате, ничего не значит… Послушайте, я уже сказала, что все ей объяснила. И не устаю объяснять. То есть как я оказалась с ним в одной комнате, чего больше никогда не произойдет. Я говорила ей об этом до посинения. Так что если она пытается меня подставить, чему я не удивлюсь, потому что она… я не знаю… она стала какая-то дерганая в последнее время.
– Как все запутано, – заметила Хейверс.
– Если я вас правильно понял, то, что сейчас происходит, касается вас, Брутала, Дены и различных частей тела, так? Как в песне – поиск любви там, где ее нет[197], – подал голос Линли. – Всю это, конечно, очень любопытно с точки зрения изучения человеческих отношений, но то, что произошло между Деной, Бруталом и вами, нас сейчас не интересует. Гораздо больше нас интересуют ваши отношения с местным полицейским общественной поддержки. Дена заявила, что…
– Что? Что я сосу и у него тоже? Она точно хочет подставить меня. И все из-за Брутала. Из-за этого придурка. Или она пытается подставить Раддока? Ха. Тогда я скажу вам, что сотни людей будут счастливы, если это произойдет.
– А почему? – поинтересовался Линли.
Фрэнси сделала еще один глоток.
– А вы поспрашивайте вокруг, если так уж хотите все знать. – Она задумчиво прищурилась. – А я не собираюсь быть вашим осведомителем в Ладлоу. И вообще, лучше подумайте о взаимоотношениях самой Динь с Газом Раддоком, вместо того чтобы выводить меня среди ночи для невинной беседы. Да еще на этом гребаном кладбище.
– Все дело в том, что вас опознали.
– В качестве кого?
– В качестве женщины, которую видели с ПОПом. У него в машине.
– И кто же меня там видел? И когда?.. Можете не отвечать. Не хочу знать, потому что тот, кто сказал такое, – гребаный лжец.
– Если верить нашему осведомителю, Раддок куда-то вез вас в своей машине. О чем здесь идет речь?
– Вы хотите сказать, что кто-то наплел вам, что меня арестовали? Я никогда в жизни законов не нарушала. Можете проверить в ваших компьютерах, или в айфонах, или где вы там храните информацию. Фрэнси Адамиччи. А-д-а-м-и-ч-ч-и. Второе имя – София.
– Никто не говорит о том, что вас арестовали, – заметил Линли.
– То, чем вы собирались заняться, – добавила сержант, – говорит о том, что ни вы, ни ПОП, ни ваш ангел-хранитель, ни архиепископ Кентерберийский[198] и не думали об аресте.
– Как мы уже поняли, – пояснил Линли, – ПОП прекрасно умеет разбираться с жалобами по поводу массовых пьянок, которые случаются в городе. А еще мы узнали, что он грузит пьяных в свою машину и куда-то их увозит. Ну, и последнее – у него отношения с кем-то, которые он всячески старается скрыть, особенно в свете смертельного случая, произошедшего в местном полицейском участке. Так вот, что из всего этого касается именно вас?
– Вы что, хотите сказать, что я кого-то убила?
– Об этом речи не было, – заметила Хейверс.
Фрэнси топнула ногой. Линли заметил, что она старается не расплескать свой напиток.
– Меня ничего из этого не касается, и я не хочу об этом говорить.
– В конце концов вы можете захотеть, – предупредил инспектор, – если захотите вывести себя из-под подозрения.
– Подозрения в чем?
– В соучастии в убийстве.
– Какого черта?! Да что здесь вообще происходит? Я ничего не сделала и никогда не делала. Динь окончательно выжила из ума, если она…
– Дело не в Динь, – объяснил ей Линли. – Она ничего не говорила нам о ваших отношениях с полицейским.
– Тогда кто сказал? Назовите имя.
– Мы не можем его назвать, – сказал инспектор, – но мы можем сказать, что вас опознали как женщину, которая в ту самую ночь была в патрульной машине ПОПа. А еще я могу добавить, что для нас это оказалось полной неожиданностью.
– Я никогда в жизни не была в его патрульной машине, за исключением того случая, когда он развозил нас по домам после того, как мы напились на Куолити-сквер.
– Кого это «нас»? – спросила Хейверс.
