Роберто проснулся и резко сел. Он услышал звук отъезжающей машины. Кристина уехала. Он остался один. Роб медленно опустился на пол. Смотря в потолок, думал о прошлой ночи. Ему было ужасно неприятно осознавать, что Кристина сбежала. Конечно, он понимал, что ей возможно было неловко, понимал, что утром пришлось бы поговорить, он знал, что непременно бы спросил о прошлом, о том, что же произошло тогда, горько усмехнувшись, закрыл глаза, хотел ли он слушать сбивчивые признания, нелепые оправдания, как бы больно ему не было, но ему нужна правда из ее уст. Надев рубашку, он не стал ее заправлять в брюки, босой направился на кухню, ему хотелось выпить кофе. Глоток свежего горячего кофе. Распахнув окна, мужчина потянулся, выглянув на улице, земля была еще сырой, но солнце уже стаяло высоко. Щебетали птицы. Роберто заварил себе кофе, сделав глоток, поморщился, да он за все эти годы так и не научился его варить, жаль, что Кристина так внезапно уехала, сейчас бы ему не помешал кофе, приготовленный ею. Ну ничего! Он облокотился о подоконник, ей еще представится такая возможность, как и другая — подать кофе ему в постель. Вернув ее поцелуи, вкусив сладость ее объятий, не вырванных, а подаренных ему добровольно, жизнь улыбнулась ему. Еще вчера он не думал о том, что Кристина так легко сдаться, сегодня же судьба давала ему еще один шанс, который он не собирался упускать. Все женщины меркли перед ней, всю жизнь он искал ее, в объятиях других, принимая поцелуи чужих женщин, он всегда жаждал обладать ею. Потеряв ее, он утратил надежду, обретя ее, он вдохнул жизнь. Роберто поставил чашку на подоконник, в его движениях появилась легкость, как будто он сбросил какой-то груз, что так давил на него все эти годы. Одна ночь — еще ничего не значит, слишком многое еще стоит между ними, в чем следует разобраться. Одна ночь — это ничтожно мало за все годы, что он жил без нее. Она слишком многое ему должна. Вдруг вспомнив о событиях в доме, когда она так испуганно стала отбиваться, Роберто нахмурился, может он ее напугал, хотя нет — она отвечала ему, она возвращала все его поцелуи, дарила свои, молча прося его об одном, только бы он не останавливался. Он читал это в ее глазах, чувствовал в трепете ее тела, ощущал в жарких объятиях. Так что же за тайну она хранит, ее явно напугал мужчина, это он мог сказать с полной уверенностью, он видел страх в ее глазах, он ощущал ее ужас, когда она вырывалась из его объятий в кабинете. Та Кристина и Кристина этой ночью — это были два разных человека и в то же время это была его Кристина. Что с ней произошло? Почему она оставила его? Почему вышла замуж за другого? Все слишком запуталось.
Кристина остановила машину у своего дома. Всю дорогу она старалась не думать о том, что произошло. Ее руки были холодны, тело пробивала нервная дрожь. Теперь же, заглушив мотор, она опустила голову на руль. Силы оставили ее. Кристина не могла даже плакать. Винить Роберто в произошедшем не было никакого смысла. Виновата только она сама. Как она могла допустить такое, после всего, что с ней произошло? Все эти годы она считала, что не сможет ничего почувствовать в объятиях мужчины, что никогда не решится на близость, после насилия Алехандро. Как же так? Стоило Роберто приблизиться к ней, и все ее барьеры пали, она забыла о надругательстве над ней. Как она могла что-то чувствовать? Ведь столько лет, боялась даже представить подобное, что когда-нибудь осмелиться… Кристина подняла голову. Ее взгляд ничего не выражал, она не понимала, как ей принять эту ночь, не знала, как объяснить Роберто свое поведение, ведь теперь он не оставит ее в покое, да и что она могла ему сказать, признаться, что его компаньон украл ее, насиловал, пока она не забеременела, хотел забрать у нее ребенка. Как это произнести вслух? Она покачала головой. Как ей смотреть в глаза Даниэлю, если правда выплывет наружу? Как пресечь попытки Роберто вызвать ее на откровенность, так как ничего объяснять она не будет. Как его остановить? Хватит ли у нее сил противостоять ему, когда все ее существо стремится к нему, когда тело требует его ласки, когда губы жаждут чувствовать его поцелуи. Этой ночью она вновь стала женщиной, которой дарили нежность. Она покачала головой. Нет. Хватит об этом думать. Она просто мать. Ничего более. Слишком многое поставлено на кон, жизнь ее детей, ради них она готова на все.
Кристина решительно вышла из машины, у нее не было права раскисать. Она подошла к двери и вставила ключ, зайдя в дом и закрыв дверь, она повернулась и увидела Сабрину, Викторию, Карлоса и Даниэля. Выдавив улыбку, она поняла, что о самом главном не подумала — что сказать детям о прошлой ночи, где она была?
— Мама, — Даниэль взял документы из ее рук. — Мы ждали тебя.
— Кристина, — Карлос помог ей присесть на диван, — мы волновались за вас.
— С вами все в порядке? — спросила Виктория.
— Мама, — Сабрина присела рядом, — где же ты была? — в ее вопросе было столько боли и отчаяния.