— То, что произошло со мной — вам никак не исправить, — Кристина покачала головой, хорошо, что Роберто уже уехал и не видит, что она разговаривает с Херардо.
— Еще можно попытаться. Я понимаю, как вам неприятна вся эта история, но прошу вас, расскажите все, как было.
Кристина посмотрела на него, и сама не понимая как, она стала говорить — о долгих и трудных месяцах беременности. О том, что ее заперли. О том дне, когда она поняла, что Августа не сможет стать матерью. О своих страхах. О своих попытках — убежать. О дне, когда у нее начались роды. Как долго они длились, как родился Даниэль.
— Вы родили сына? — спросил Херардо.
— Да, Даниэля, а потом я потеряла сознание, когда пришла в себя — в комнате никого не было. Я очень удивилась. Решение пришло сразу. Убежать — была единственная мысль. Спасти сына.
Херардо встал. Она не знает, она ничего не знает о Карлосе. О том, что у нее в тот день родился еще один ребенок.
— Вы потеряли сознание, — он тихо повторил ее слова. — Вы потеряли сознание. Господи.
— Я не позволю вам забрать у меня Даниэля. И почему вас так поразило, что я потеряла сознание? Больше вас ничего не беспокоит в моей истории?
— Я никогда не хотел этого, — вымолвил Херардо. Он был очень бледен. Он не знал, как сказать ей о Карлосе. Как произнести то, что у нее есть еще сын, о котором она ничего не знает. Как сказать ей, что Карлос считает, что она его бросила. Как объяснить Карлосу, что его мать ни в чем не виновата. — Вы ошибаетесь, я просто в ужасе от всего, что вы мне сейчас рассказали. Но есть…
— Кристина, — к ним подошел Энрике. — Почему ты плачешь?
Херардо замолчал, он чуть было не сказал, что у нее есть еще один сын. Карлос.
— Мама, с Карлосом все в порядке? — испугалась Сабрина.
— Да, да, он уснул, — Кристина вытерла слезы. — Я просто устала.
— Мы были внизу. Выпили кофе, — Энрике внимательно смотрел на женщину.
Херардо отошел в сторону. Он все еще никак не мог прийти в себя от услышанного. Что же натворил его сын…
Алехандро находился в кабинете. В доме было темно и тихо. Он так и не смог найти место, где отец прячет Августу. Еще и Карлос стал нападать на него. Даниэль старается его избегать. Роберто же просто мешает ему общаться с сыном.
— Роберто, — Алехандро произнес его имя в слух. — Не надо было тебе становиться на моем пути.
Он налил себе виски и выпил. Сейчас для него важен Даниэль. Надо устранить Роберто, чтобы Даниэль стал нуждаться в нем, в своем родном отце. Именно так он и поступит. Алехандро улыбнулся, только вместо улыбки, на его лице появился оскал…
Роберто зашел в дом. Рамона сидела в гостиной, она как будто бы ждала его, понимая, что Роберто обязательно захочет с ней поговорить, но он совсем не ожидает сюрприза, который она ему преподнесет.
— Я тебя ждала, — она первая начала разговор.
— Как ты посмела решиться на такое? — Роберто был очень серьезен.
Рамона пожала плечами, делая вид, что она ничего такого и не совершала.
— Ты знаешь, что Карлос попал в больницу, вы чуть было не угробили его. А если бы и с Викторией случилось бы тоже самое. Да и вообще, как тебе такое в голову взбрело?
— Карлос в больнице? Не знаю, — Рамона отмахнулась. — Что ты отчитываешь меня как ребенка. Лучше занимайся своей жизнью.
— Что ты за человек?
— Я твоя мать. И если ты не можешь решить свои проблемы, то за них берусь я. Позволяешь своей дочери…
— Хватит! Это просто смешно. Ты несешь какой-то бред. Оставь молодых людей в покое. Виктория моя дочь, и у тебя нет никакого права вмешиваться в ее жизнь, указывать, как ей быть.
— Конечно, а что твоя дочь видит? Как отец вновь возобновил свои отношения со своей бывшей любовницей, — Рамона улыбнулась. — Думаю, что тебе стоит подумать о том, что ты скажешь своей дочери об этом.
Роберто нахмурился, он не понимал, куда клонит Рамона. В комнату зашла Палома.
— О, вся семья в сборе. Прошу прощения, не хватает Виктории и твоей нынешней любовницы. Кстати, матери Даниэля, с которым в свою очередь встречается ваша дочь. Я ничего не забыла? Как вы со всем этим разбираетесь? Не путаетесь?
Палома уже не была удивлена. Она в очередной раз убедилась в том, что Кристина все-таки — та женщина, которую когда-то любил Роберто.
— Ты зашла слишком далеко, — начал Роберто.
— Я только начала, — оборвала она его. — Чтобы разбираться со мной, тебе следует подумать о том, что ты скажешь своей дочери о своей прошлой жизни.
— Что ты еще натворила? — медленно спросил Роберто.
— Просто сказала правду, что ты и Кристина любовники, были и есть. Виктория в курсе. Даниэль тоже. Твоя жена все слышала.
Роберто обернулся. Палома стояла позади него.
— Ты заставляешь меня пойти на крайние меры, — Роберто сел на диван.
Рамона была обескуражена поведением Роберто. Она рассчитывала на скандал, на то, что он будет кричать на нее.
— Ты что не слышал, что я сказала? Палома? Что ты скажешь?
— У Роберто своя жизнь, — спокойно ответила Палома и присела напротив Роберто. Она понимала, что нужно вести себя также, как и он. Быть спокойной и рассудительной. Именно такое поведение больше всего и выводит Рамону.
— Вы что с ума сошли? Оба?