— Все в порядке, ты тоже стал очень важным для меня, — Кристина поправила ему волосы. — Может кофе?
— А это вас не затруднит, — Карлос цеплялся за малейшую возможность побыть рядом с этой женщиной. — Дедушка, ты как, тоже не против?
— Главное, чтобы сеньоре было удобно. Ведь уже очень поздно.
— Не переживайте, — Кристина немного расслабилась, может отец Алехандро не такой, как его сын.
— Я все равно хочу дождаться сына. Даниэль должен скоро вернуться. Пройдемте.
— Мама, ты еще не спишь? — в комнату зашел Даниэль, он никого не видел, ища поддержку матери. Его взъерошенный вид и растерянность, напугали Кристину.
— Кто? — лишь одно слово сорвалось с ее губ.
Даниэль обнял мать, зарывшись в ее плечо.
— Почему все так? Почему он так меня ненавидит? За что? Что плохого я ему сделал? — с отчаянием произнес Даниэль.
Кристина сразу же поняла кто «он».
— Успокойся, милый, — она гладила его волосы. — Да что же это такое сегодня? Дорогая, сделай пожалуйста кофе. Я поговорю с Даниэлем, и мы к вам присоединимся.
— Может мы все-таки пойдем? — Херардо вопросительно смотрел на Карлоса, показывая ему всем своим видом, что сейчас абсолютно неуместно задерживать людей.
— Да, конечно, — неохотно согласился Карлос. — Держись, Даниэль. Сегодня, наверное, не наш день.
Сабрина проводила гостей. Она слушала, что говорит Даниэль, и удивлялась поведению отца Виктории. Хотя отец Карлоса тоже вел себя отвратительно и тем более по отношению к сыну. Выслушав и успокоив детей, она каждого поцеловала на ночь. Видимо Рафаэль прав — чтобы защитить детей, они должны согласиться на любые условия. Она постарается. Она сможет.
Женщина обнимала себя руками, глядя в темноту ночи. Слезы катились из ее глаз. За что жизнь так несправедлива к ней?
Винсенте был удивлен и очень обрадован, когда услышал, что он должен забрать Августу опять в больницу. Алехандро же понял, что отец начал что-то подозревать и надо всеми способами лишить Августы возможности что-либо сболтнуть в порыве нервного состояния. Карлос так и не вернулся домой. Наверняка он провел ночь в доме Херардо. Но об этом он подумает позже. Сейчас ему необходимо устроить Августу и кое с кем поговорить.
Рафаэль внимательно слушал то, что Сабрина ему рассказала о своей работе.
— И еще, пап, я тут заинтересовалась одной историей, — Сабрина открыла сумочку. — Ты только не говори маме, а то ей не очень понравилось, что я копаюсь в прошлом чужих людей. Но мне почему-то стало интересно, тем более что они наши однофамильцы, представляешь. Сначала, я подумала, что речь идет о тебе, потому как его тоже звали Рафаэль, но так как его жену Луз, то я сразу же отбросила эту мысль.
Рафаэль побледнел.
— Что именно тебя заинтересовало? — только и сумел он проговорить.
— Их история, в больнице ходят разговоры.
— Какие, что он ее убил?
— Кто кого убил? — удивилась Сабрина.
— Рафаэль убил Луз, — его дочь узнала правду, Рафаэль отрешенно смотрел в сторону.
— Ты что, папа, откуда у тебя такие мысли. Наоборот, я считаю, что Луз специально оставили умирать, вернее превратили в овощ.
— Что? Что ты такое говоришь? Кто превратил Луз в овощ? — Рафаэль насторожился.
— Папа, успокойся, ну что ты так нервничаешь. Я думала тебе будет просто интересно. А ты так все близко принимаешь к сердцу. Зря я все тебе рассказала.
— О чем ты говоришь, Сабрина, — Рафаэль был очень взволнован? — Расскажи все.
— Да это в принципе все, что я знаю, — Сабрина уже просто не знала, рассказывать ли дальше о двух историях и рентгеновских снимках.
— Сабрина, если ты начала, говори и дальше, я знаю тебя, у тебя есть какие-то факты. Если ты считаешь, что с Луз кто-то что-то сделал? Я хочу знать?
— Просто я случайно увидела еще одну историю, то есть их две, и вот во второй я нашла эти снимки, посмотри.
Рафаэль дрожащей рукой взял снимки, это были не те, что он видел 25 лет назад, на них были видны повреждения, гематома, которую можно было устранить, чтобы не было давления на мозг, Луз можно было спасти. Те же снимки представляли собой ужасную ситуацию, которую невозможно было исправить. А это, на них была возможность все исправить — только время решало все, и она было потеряно.
— Господи, как же так? За что? — Рафаэль обхватил голову руками. Луз могла бы жить, могла бы видеть, как растет и взрослеет ее дочь, но кто-то решил поиграть с их судьбами.
— Папа, папа, что с тобой? Тебе плохо? — Сабрина была напугана, она подскочила на ноги. — Может тебе дать воды?
— Нет. Не надо, продолжай, — Рафаэлю казалось, что он сходит с ума. Винсенте. Наверняка он в курсе этой истории. — Где ты их нашла?
— В кабинете сеньора Винсенте, он попросил эту историю накануне. Папа, ты меня пугаешь. У меня складывается такое ощущение, что ты был знаком с этой женщиной. Ты так странно реагируешь, так же, как и мама. Что происходит, что вы от нас скрываете?
Рафаэль молчал. Винсенте. Значит он приложил к этому свою руку. Сердце стало колоть, но Рафаэль не обратил на это внимание. Он хотел увидеть Винсенте, посмотреть ему в глаза.