Офицером британской армии мог стать молодой (или немолодой) человек, купивший офицерский патент. Стоил он недешево, так что командный состав армии пополнялся состоятельными людьми. Первоначальное обучение офицеры, купившие патент, получали при полках. Особых военно-учебных заведений для подготовки пехотных и кавалерийских офицеров в Британии не существовало, но зато офицеры артиллерии получали отличное специальное образование в артиллерийском училище в Вулидже, а инженеры, саперы и минеры — в Корпусе королевских инженеров в Чатеме.
Севастополь в начале обороны
Пехота была вооружена гладкоствольными ружьями, кроме некоторых частей, имевших нарезные штуцеры системы Минье, троекратно превосходившие гладкоствольные по дальности стрельбы. К ружьям примыкался штык для рукопашного боя.
В обмундировании английской армии преобладал красный цвет; Шотландская бригада вместо штанов носила клетчатые килты, не доходившие до колен, а вместо шинели — большие пледы.
Как считали французы, английская армия страдала засильем формализма и строгого чинопочитания. Всякое общение офицеров и нижних чинов вне учебных занятий или боевых действий было совершенно исключено, заботу о своих солдатах офицеры предоставляли правительству. Русские офицеры и солдаты подмечали, что британцы воюют неплохо, но не любят лагерные работы и сторожевую службу. Матросы и солдаты во время вылазок нередко заставали англичан спящими в траншеях.
Английские кавалеристы в фехтовании саблей значительно уступали французским, зато в атаке сомкнутым строем им не было равных.
Интересна оценка, данная военным историком А. М. Зайончковским: «Английский солдат был крепок телом и отважен, если предварительно выспался, поел и выпил; его мужество было более физическое, чем нравственное. Будучи избалован казарменным комфортом, он вовсе не был способен переносить лишений»[289].
Османская империя получила регулярную армию после 1836 года, когда по проекту капитана прусского Генерального штаба Х. фон Мольтке было начато ее преобразование. Комплектование армии нижними чинами производилось ежегодными наборами рекрутов из мусульманского населения провинций, к началу 1850 года наборы были распространены на Боснию, Герцеговину и некоторые части Сирии. С 1850 года повелением султана все христианские подданные Турции подлежали призыву наравне с мусульманами. Срок действительной службы составлял пять лет, после чего отставник еще семь лет оставался в резерве. В случае надобности за деньги вербовалось иррегулярное пешее и конное ополчение (башибузуки), в ряды которого чаще всего вступали албанцы, курды и туркмены.
Унтер-офицерский состав армии пополнялся путем производства расторопных рядовых без прохождения курса обучения, так как полковых школ в турецкой армии не существовало. Для высшего военного образования была учреждена Военная академия, готовившая офицеров Генерального штаба, артиллеристов и военных инженеров.
По мнению командующего французской армией в Крыму маршала А. Ж. Л. Сент-Арно, наиболее сильной частью турецкой армии была артиллерия, стрелявшая довольно метко. Турецкий солдат был храбр, в быту неприхотлив. Вооружение пехотинца состояло из гладкоствольного ружья со штыком и тесака. В немногих гвардейских полках имелись штуцеры с ударным замком. Обмундирование всех родов войск было почти одинаковое: куртка и шаровары темно-синего сукна с алыми выпушками, в гвардии — с красным воротником. Пехота носила шинели из серого сукна, все остальные рода войск — из синего, с капюшоном. Головной убор — красная феска с медной бляхой.
Недостатком турецкой армии была слабая дисциплина, часто случались бунты. Союзники относились к турецкой армии как к туземной, во время боевых действий отводили туркам вспомогательную роль.
Из армий четырех государств самой маленькой была сардинская: ее общая численность в военное время составляла около восьмидесяти тысяч человек. Комплектовалась она на основе всеобщей воинской повинности: ежегодному призыву подлежали молодые люди, достигшие двадцатилетнего возраста, и жребий решал, кому служить; срок службы в действующих войсках был восемь лет и еще столько же в запасе. Несмотря на малочисленность, сардинские войска отличались хорошей дисциплиной, выучкой и усердием.
В день высадки неприятеля Корнилов отправил Нахимову предписание привести эскадру в готовность сняться с якоря в любой момент. Нахимов составил диспозицию эскадры на случай выхода в Черное море. Флот союзников встал на якорь у Евпатории и на следующий день начал высадку десанта. Город взяли без сопротивления — гарнизона в нем не было, только инвалиды, приехавшие на грязевое лечение. На высадку остальных частей понадобилась неделя.
