Юлиан материализовался на верхней балке и отцепил проволоку. В этот момент его лицо не выражало никаких эмоций, он просто исполнил приказ. Острая проволока прошлась по его ладоням распарывая плоть, но даже в этот момент ни один мускул не дрогнул на его лице. Тело Сириуса рухнуло на пол и руки по инерции опустились вниз, заставив глаза чистокровного распахнуться от накатившей нестерпимой боли. Он тяжело задышал, но не произнес не единого звука. Он, молча, сносил боль. Даже когда его обгладывали крысы он не мог позволить себе такой роскоши. Закричать при всех значит доставить Мариусу еще больше удовольствия.
Я стояла как вкопанная. Боль Сириуса пробежалась по всем нервным окончаниям моего тела. Когда мы рядом, то чувствуем друг друга сильнее. Сжав губы чтобы не закричать, я согнулась пополам, ноги подкосились и если бы не Бальво, то я бы потеряв равновесие упала. Я никогда не опозорю Сириуса, единственное, что было сейчас в моей голове. Никогда не позволю, чтобы Мариус взял вверх в этой войне.
- Вот так всегда, - Мариус подошел к Сириусу и приподнял его голову за волосы, - Не единого звука. А помнишь, тот раз. Ты ведь закричал. Что это было?
Мариус резко отпустил волосы, и голова Сириуса безвольно стукнулась о каменистый пол.
- Бальво, хочу тебе сообщить одну новость.
Ладонь вампира легла на израненное плечо Сириуса. Это прикосновение было не простым, он вкладывал в него некий двойственный смысл. Подобно любовнику, он осторожно убрал с его израненной спины длинные волосы. Сириус неожиданно опасно зарычал. Но Мариуса это не остановило, ухмыльнувшись, он провел ладонью по изгибам его спины и остановился на пояснице.
- Кажется, я наконец-то понял, что выводит моего Сириуса из себя, - он положил руку на задницу чистокровного и сильно сжал, - Порой палец в заднице, дает больше результата, чем тысячи ударов плетью.
Мариус нагнулся и провел языком по щеке Сириуса. На лице моего мужчины появился не поддельный ужас. Казалось, его парализовало, и он не в силах был вымолвить слова. Лишь рычание, загнанного в угол зверя, предупреждало о скрытой опасности.
- Пожалуйста, - взмолилась я, - Прошу тебя прекрати над ним издеваться. Зачем тебе это? Он и так всецело принадлежит тебе.
- Этого никогда не будет достаточно.
Последовала минутная пауза. Мариус задумчиво посмотрел на Сириуса и усмехнулся.
- Великий предводитель всех вампиров, в моем подчинении. Что может быть слаще и желаннее?
В этот момент его глаза осветились странным сумасшедшим светом. Он ликовал, вот только что-то за этой маской было скрыто. Какой-то секрет. Видимо смутившись моего пронзительного взгляда, Мариус переключил тему разговора.
- Кукленок, я долго думал, как наказать моего раба, за столь своевольный поступок, - вампир схватил Сириуса за плечо и перевернул на спину, - Такие вещи так просто не прощаются.
Поврежденные руки Сириуса оказались придавлены к полу, что вызвало очередной приступ невыносимой боли. Хватая ртом воздух он выгнулся и тут же замер вместе со мной. Пальцы Мариуса крепко ухватили детородный орган Сириуса и выжидающе застыли.
- Нет, - прошептала я, поняв какое будет наказание для нас.
Мариус посмотрев на меня, лишь засмеялся.
- Слушайте вас бы следовало сейчас сфотографировать, - он опять засмеялся, - Посмотрите, у них такие рожи, как будто сейчас произойдет конец света.
- Кукленок, успокойся, вырвать его член, было бы самым гуманным из того что я с ним хочу сделать. Так что успокойся, как я могу лишить его такого удовольствия хотеть тебя.
Он подмигнул мне и, поднявшись, пошел в сторону своего трона. Я хотела подбежать к Сириусу, который к тому моменту, осторожно лег на бок, но Бальво крепко сжимал мои руки.
- Отпусти меня, - пытаясь вырваться из его объятий, я начала извиваться, но почувствовав странное давление в поясницу, замерла.
Не веря в происходящее, я медленно подняла голову и посмотрела в глаза некроманту. Было видно что мужчина покраснел и стыдливо отвел глаза в сторону. В голове я отчетливо услышала его извиняющийся голос ‘извини…’ Я ошарашено, посмотрела на Сириуса, который в этот момент, буравил взглядом Бальво. Этот взгляд навсегда запечалился в моей памяти. Слишком темный и колючий, в нем била такая неиссякаемая и опасная сила, что становилась страшно до жути. Связанный, лежащий на полу, он все равно обладал непоколебимой силой, способной уничтожить любого на своем пути. Я почувствовала, как что-то закапало мне на лоб. Бальво неожиданно отпустил мою правую руку. Подняв голову, я увидела, что из глаз некроманта идут кровавые слезы.
- Никто не смеет желать мою женщину, - процедил сквозь зубы Сириус, - тем более такая жареная задница как ты.
Бальво лишь стер кровавые слезы, ничего не ответив на слова чистокровного.
- Сириус, вижу у тебя опять открылся собственнический инстинкт.
Мариус восседал на троне и высокомерно смотрел на всех своих подданных.
