Командующий морским районом Йокосука адмирал Иноуэ был уверен, что, опираясь на форты и заграждения пролива Урага, нападение русского флота удастся отбить. В последнее время под его руководством система обороны Токийского залива была значительно усилена. Причем все работы по строительству новых и реконструкции уже имевшихся батарей велись исключительно с учетом накопленного опыта боев береговых укреплений с русским флотом, полученного в последние месяцы.
Начиная со второй половины августа, помимо большого количества малокалиберной скорострельной артиллерии, он получил в свое распоряжение 17 пушек калибра 152 мм и 22 – 120 мм завода Армстронга. Это позволило достаточно хорошо прикрыть минами и пушками бухты Минамибосо, мыс Миогане и район Миура – мыс Кен. Существенно усовершенствовать береговую оборону у бухты Курихама и мыса Сенда южнее Ураги. Таможню перенесли из Курихама в Цуруги севернее мыса Кен, под защиту современных орудий и подальше от нового оборонительного минного поля. На острове Дагашима установили наиболее сохранившиеся два – 203-мм и три 152-мм орудия с крейсера «Токива». Еще четыре пушки с него поставили на насыпном форте № 1, заменив ими устаревшие картузные стодвадцатки на скрывающихся лафетах. Сам крейсер из-за отсутствия необходимых броневых плит и орудийных стволов, еще не доставленных из Англии, похоже, надолго застрял в доке военного порта Куре, куда перешел после временного ремонта и разоружения.
Помимо работ на берегу должное внимание уделили и охране водных районов. Были усилены обычные брандвахты у мыса Кен и появились новые у мысов Сенда и Томозаки, а также на противоположном берегу пролива Урага у мыса Миогане и прилегающих акваториях севернее его.
Кроме того, в Токийском заливе и его окрестностях постоянно базировались вспомогательные крейсеры из состава патрульных сил с кораблями поддержки «Такао», «Ямато» и «Мусаси», а также все оставшиеся трофейные китайские канонерки, перевооруженные на малокалиберные скорострелки, и не менее двух отрядов истребителей. А к концу октября в залив были стянуты вообще почти все оставшиеся миноносные силы империи.
Полностью запретили любое ночное судоходство, а днем все суда встречались еще на подходе и проводились через проходы в заграждениях под охраной (на случай срыва мин). Был в этом обязательном эскортировании и еще один скрытый смысл.
Разрешенные фарватеры впритирку огибали мыс Каннон, словно демонстрируя мощные сооружения его тяжелых батарей. Зато пролегали максимально в стороне от строившихся в проливе Урага двух новых насыпных островов-фортов, которые держали максимально загороженными мелкими судами и щитами из циновок и кусков парусины от всех, проходивших мимо[3]. И это не случайно. Там силами флота подготовили два хороших сюрприза для желающих войти в залив без приглашения.
Отсыпку острова морского форта № 2 закончили еще в 1899 году и сейчас на нем заканчивались работы по кладке стен подвальных помещений и бункеров. По сути, он представлял собой сплошную стройплощадку, что не позволяло разместить артиллерию серьезных калибров. По этой причине армейцы не проводили там никаких мероприятий по вооружению, даже несмотря на неблагоприятный поворот событий в ходе войны.
Однако его расположение обеспечивало контроль за северной и восточной частью верхнего устья пролива Урага. Что не давало покоя флотскому руководству, принявшему ряд мер по своей линии. Начиная с середины июля среди грузовых лихтеров и барж в его гавани постоянно находились три специальные шхуны, вооруженные минными аппаратами.
Рукотворный остров морского форта № 3 еще не успели закончить. Сроки его готовности резко отодвинула сильная буря, накрывшая столицу и ее окрестности в июле 1902 года. Тогда уже отсыпанную щебнем большую часть постройки, даже укрепленную бетоном, во второй раз сильно размыло волнами[4]. Настолько, что пришлось начинать все почти заново, первым делом отгородившись от океана полутора сотнями тонн бетонных блоков.
На данный момент восточная часть острова, обращенная на выход из пролива Урага в Токийский залив, более-менее сформировалась. Но осмотревшее его крепостное начальство пришло к выводу, что возводить бетонные или каменные сооружения там еще нельзя, а потому включать его в общую систему обороны мысов Фуцу и Каннон, куда уже входил морской форт № 1, пока еще рано.
Зато представители флота изыскали на его песчаных отсыпях место для целых четырех скорострельных армстронговских шестидюймовок. Их снабдили развитыми бронированными щитами, укомплектовали опытными расчетами и назвали получившееся укрепление флотской фланкирующей батареей. Был большой соблазн устроить что-либо торпедное и там, но отсутствие полноценных волнозащитных сооружений при сильных приливно-отливных течениях, не говоря о штормах, не позволяло обеспечить должную безопасность.
