Несмотря на продолжавшую портиться погоду и неблагоприятный прогноз синоптической службы флота, дозорные линии начали насыщать судами, отправляя в море все, что могло пережить такой шторм. Одновременно приступили к реализации плана противодесантных мероприятий.
Около полуночи из бухты Тотеяма сообщили в штаб морского района Йокосука, что пришедший туда дозорный вспомогательный крейсер «Миябара-мару» слышал звуки артиллерийского боя юго-восточнее Осимы два часа назад. Ближе всех к этому району оказался 4-й отряд истребителей, находившийся на назначенной ему стоянке. Котлы на всех его кораблях держались под парами, а машины периодически проворачивали, так что он в полном составе мог немедленно выйти в море.
Однако посылать низкобортные миноносцы туда, откуда вынужденно ушел вспомогательный крейсер, все же не решились. Ограничились приказом о поддержании готовности к действиям. Ждали недолго. Когда с форта Дагашима пришло сообщение об обнаруженных на юге подозрительных судах, отряд немедленно бросили на перехват.
Не доходя мыса Кен, с миноносцев услышали стрельбу впереди, а на юго-западе небо озарили яркие отсветы. Ход увеличили, надеясь успеть разглядеть противника. Но пальба почти сразу прекратилась. Проходя мимо мыса, истребители получили с брандвахты последние сведения о подозрительных судах, только что пытавшихся войти в пролив Урага с запада.
Начальник отряда совсем недавно вернулся из госпиталя на свой отремонтированный «Марусаме» и жаждал мести. Предположив, что противник решил проникнуть в Токийский залив, воспользовавшись непогодой, и обстрелянные корабли – это его разведка, Кобояси, совсем недавно за заслуги повышенный в чине до капитана второго ранга, повел свои корабли на юго-восток в направлении бухты Татеяма на противоположном берегу устья пролива. Постепенно набирая ход и не обращая внимания на встречные волны, постоянно заливавшие мостики, истребители продирались сквозь шторм.
Из-за сильного слеминга ход пришлось снизить. Перестроились в левый пеленг, максимально разойдясь в стороны, чтобы только не терять из вида друг друга. В 02:05 замыкающий в отряде «Сиракумо» обнаружил слева крупный пароход, двигавшийся на северо-восток. С него тоже заметили истребитель и немедленно открыли огонь. Попав под накрытия, он вынужден был уйти к западу, так и не выпустив торпед, после чего стрельба прекратилась.
Оба корабля, шедших впереди «Сиракумо», с началом перестрелки заложили крутой разворот через правый борт и вскоре также вышли к этому пароходу, догоняя его. Но на этот раз их не видели.
Скрываясь в темноте за дождевой завесой, они сблизились до 600 метров, разглядев еще какие-то смутные тени дальше за ним, и выпустили по одной торпеде, тут же уйдя в сторону. Взрыв, прогремевший через минуту с небольшим, показал, что атака оказалась успешной.
Удачно найдя в дожде и ночи свой «Сиракумо», Кобояси полным составом двинулся к мысу Кен, чтобы доложить об обнаруженных кораблях и их курсе в штаб морского района, так как связаться по радио возможности не было из-за грозовых разрядов. После чего снова вернулся в пролив, продолжив поиск. Крупная волна и порывистый ветер били в правую скулу его истребителей, осложняя ведение наблюдения.
Находясь примерно в трех милях юго-восточнее мыса Кен, с головного «Марусаме» сквозь дождь снова увидели слева по курсу силуэт большого судна. Известив об этом шедшие следом корабли, Кобояси опять повел отряд в атаку. Прикрывшись непогодой и не встречая противодействия со стороны противника, удачно отстреляться торпедами удалось всем трем миноносцам. Услышав на отходе два взрыва, Кобояси развернул отряд, чтобы еще раз осмотреть район атаки и, по возможности, взять пленных с торпедированного корабля.
Приближались осторожно, опасаясь встретиться с русскими, скорее всего, спасающими сейчас своих людей. Подорванный пароход заметили почти сразу. Он уже явно тонул, сильно свалившись набок. Но он был один. Рядом плавали только перевернутые волнами либо разбитые шлюпки и прочие обломки. Людей на воде уже не видели.
Решив, что в двух атаках он разгромил русскую разведку, Кобояси отправил «Сиракумо» найти и добить пароход, подбитый первым, а «Марусаме» и «Асасио» вплотную приблизились к сильно накренившемуся и быстро садившемуся носом в воду судну под Андреевским флагом. Но на палубе тоже людей не увидели. Судя по всему, уцелевших из экипажа сняли раньше. Получалось, что только что был повторно атакован пароход, уже подорванный около получаса назад и после этого брошенный противником.
Подав сигнал сиреной, чтобы призвать к себе «Сиракумо», Кобояси двинулся дальше на юго-восток, снова развернув истребители в поисковую цепь. Но никого больше так и не нашли.
Исходя из расчета времени, резонно было предположить, что если русские главные силы тут и были, то, потеряв скрытность, они развернулись и отказались от попытки прорыва. Казалось совершенно невозможным, что противник мог решиться без предварительного прощупывания маршрута вломиться всем что есть в густо минированные и хорошо охраняемые воды.
