Да, аргумент так себе, ведь в солнечных лучах они приобретают блеск и цвет зрелой пшеницы. У него красивые волосы, но кто будет оспаривать то, что я здесь напишу? Главное — убедить себя.
«Пункт 6. Постоянно появляется не вовремя и пугает меня.»
Это мастерство он отточил просто на «отлично». Не так прекрасно, как Макс, но все же! А еще он, Ник, подслушивал разговор с мамой! Это тоже не есть хорошо!
«Пункт 7. Он плохо играет в театр.»
Да, стоит только вспомнить, как он озвучивал Розу, у меня тут же волосы на голове встают дыбом! От отвращения, разумеется. Это, определенно, его самый огромный минус! Мне никак не может нравиться человек, который играл бы настолько плохо. Не может.
Я постукиваю ручкой по губе, думая, что бы написать следующим пунктом, как вдруг слышу шаги за спиной. Резко подскакиваю и вижу Ника. Черт! Сердце зашлось, как ненормальное. От страха, конечно же!
— Прости, я стучал, но ты, кажется, не слышала. Привет.
Естественно, я не слышала! Я была полностью поглощена уничтожением твой привлекательной натуры!
— Привет. Ничего, я так. Фигней занималась. — Я пытаюсь небрежно махнуть рукой, но из-за того, что все тело напряжено, выглядело так, будто у меня внезапно защемило мышцу на руке. Короче, очень не небрежно и не симпатично. Чтоб не повторить промаха с руками, я сунула их в задние карманы джинсовых шорт. — А ты чего-то хотел? Или… — Замолкаю. Никакого или и быть не может, глупая дура. Думай, что несешь. — Ты чего-то хотел?
Ник стоит чуть прищурившись. Уголки его губ слегка вздернуты. Он готов улыбнуться в любой момент. Ох, не насмехается ли он надо мной? От этой мысли желудок скручивается в тугой узел. Неприятные ощущения разливается по телу, словно на меня вылили ведро помоев. Я тут же стираю с лица глупую улыбку. Вспоминаю все свои пункты и делаю незаметный глубокий вдох.
— Да, — наконец-то произносит он, делая шаг ко мне. Замираю. — кое-что хотел сказать.
Я стою, не шелохнувшись. В последний раз он был так близко, когда мы смотрели фильм. Вчера за ужином мы тоже иногда оказывались всего в метре друг от друга, но кто-то из нас всегда делал шаг в сторону, осознавая, что нарушает границы другого. Сейчас же он намерено нарушает мои границы, и я не понимаю, зачем он это делает.
— Что? — Спрашиваю я.
Ник подходит к столу и опирается на него. Я задерживаю дыхание, а мои глаза округляются. Мой список! Он там! Я даже не додумалась убрать его или перевернуть! Он лежит там и светится злостью на полквартала. Черт!
— Знаешь, завтра… — Он замолкает, обводя глазами комнату. Я смотрю на прямоугольный клочок бумаги на столе. Было бы здорово воспламенить его взглядом прямо сейчас. Но он лежит и лишь немного отлетает, когда Ник упирается ладонью в поверхность стола. — Если бы ты хотела, — вновь начинает Ник, и я мгновенно перевожу взгляд на него. Лишь бы он не понял, куда я смотрела! Только бы он не подумал посмотреть туда, — я мог бы завтра подвезти тебя до работы.
— Что? — Восклицаю. Ник хмурится. Я реально крикнула? Стыдно! — То есть…ты ведь говорил, что нам не по пути все такое. Что изменилось?
— Ну, завтра у меня нет никаких дел с утра, и я еду в город. А твой цветочный, по правде говоря, находится недалеко от моей работы.
— Че-го? — Я достаю руки из карманов и складываю их на груди. Про себя делаю пометку, что это станет восьмым пунктом. — Так вот ты какой Никита… Как твоя фамилия, кстати? Ну, реальная. Ты ведь не Агронский, да?
Никита улыбается, опустив голову, и немного качает головой. Это надо мной он смеется что ли? Я что-то не так сказала? Прокручиваю монолог в голове. Да вроде все так! Просто он псих. И это станет девятым пунктов. Вот пусть только он уйдет.
— Романов. — Отвечает он, мазнув взглядом по столу. Я напрягаюсь, готовая сорваться в любой момент, чтоб выхватить лист из его лап до того, как он прочтет то, что там написано. Его взгляд задерживается на листе всего несколько секунд, затем он снова смотрит на меня. — Так, что скажешь?
— Что скажу? Насчет чего?
Черт, он прочитал! Он понял! И он хочет объяснений! Режим ЧП! Красный уровень опасности!
— Подвезти тебя завтра, Ань?
Желтый уровень опасности, истерика откладывается.
— Эм, да, можно. Не вижу никаких препятствий. — «Не вижу никаких препятствий» — ты серьезно? Более глупой вещи сказать ты не могла?
— Не видишь никаких препятствий? Это здорово. — Ника явно позабавил мой ответ. — Я пытаюсь сопротивляться своему интересу, но все-таки, кто этот несчастный?
— Что? Какой несчастный? — Хмурюсь в недоумении.
— Которого ты разобрала по косточкам. — Продолжаю смотреть на Ника с полным непониманием в глазах. — Да, брось! — Ник резко хватает со стола листок и выставляет его на протянутой руке перед собой. Ему не видно написанного, так как лицевой сторон лист обращен ко мне. Но какая, к черту разница, если он уже успел прочесть его и смекнуть, что и к чему тут. — Нет, я ничего не говорю. Просто интересно, что он сделал? В чем провинился?
Понравился мне.
— Забей, — пожимаю плечами, — просто глупая бумажка и всего-то. Отдай ее мне. — Протягиваю руку.
