— Угу, — я пробежалась пальцами по листочкам с сочинениями семиклассников, стопкой лежащим на столе. — Как у тебя на работе?
— Хорошо. Вчера, кстати, встретила Андрея, Жениного друга.
— О? — осторожно удивилась я.
— Да, — голос Гали стал ехидным. — И он спрашивал, как у тебя дела.
Я сморщила нос. Ох, как неудобно получилось…
— Галь, Женька меня тогда сам привел в компанию… Я не знала, что так получится. Я вообще не хотела никому…
Галка рассмеялась.
— Да ладно тебе, я не обижаюсь. Просто оттаскаю за уши, когда увижу, и будем квиты. Он, между прочим, очень за вас рад и рассчитывает, что вы проживете долго и счастливо. Скажи, — Галка понизила голос, — он голубой?
— Что? Нет!
Я знала, что у Андрея периодически появлялись пассии, но он быстро с ними расставался. «Не совпали характерами», — так говорил Андрей со своей милой улыбкой. «Все эти телочки ему на одну ночь», — так говорил Женя, и мне казалось, что это ближе к правде. Андрей гулял, как мартовский кот, и уж точно не мог быть геем.
— А что за интерес? — Я откусила бутерброд. Сегодня мой малыш хотел докторской колбасы. — Тебе надоел Паша, и ты решила уйти к Андрею?
— Конечно, одного блондина на другого, — Галка фыркнула. — Нет, просто он такой…
— Странный, — закончила я за нее. — Есть такое. Но у Жени вообще все друзья странные. Взять хотя бы Настю…
— Мисс Бандажное платье, — съязвила Галка.
— Да-да. Вот это странно: каждый день выглядеть так, будто в клуб собралась. Или забыла после него переодеться.
— Лина, пойми, она просто ищет спонсора. Такого милого дядечку с пузиком, чтобы тискал и за все платил.
— Да она, вроде, и так обеспеченная. У нее родители — шишки в министерстве.
— Ну тогда у нее просто недоебит или тотальное отсутствие вкуса. Другие диагнозы я ей, к сожалению, поставить не могу.
— Галка, я тебя люблю, — проурчала я в трубку, и Галка снова звонко рассмеялась.
— Лучше скажи это Жене.
Поболтав с Галей, я с тоской посмотрела на листы с сочинениями. Надо было их проверить, но пока не хотелось даже приступать. Хотелось включить романтическую комедию, налить чаю, нарезать еще бутербродов с колбасой и смотреть, пока за окном шуршит дождь. А еще можно было закутаться в Женину толстовку и вдыхать его терпкий запах.
В общем, именно это я и сделала. Сочинения могли пару часиков подождать.
Комедия оказалась довольно-таки интересной, и я даже стала переживать за героя, который никак не мог сойтись со своей любимой. Все время попадал в нелепые ситуации и с трудом из них выбирался только для того, чтобы угодить во что-нибудь снова. В общем, совсем как я с Женей. Щеки горели каждый раз, как вспоминала себя на даче. Как я прижалась к нему у костра, а он с перепугу вскочил помогать папе жарить уже готовый шашлык. Как Женя мне признался потом, он боялся, что у него при всех встанет. Женя тоже горел, когда мы сидели рядом.
Наверное, он почувствовал, что я о нем думаю. Зазвонил телефон, и на заставке высветилось его фото: растрепанные волосы, сощуренные глаза и колючий взгляд.
Я быстренько поставила фильм на паузу и взяла трубку.
— Как ты? — ласково спросил Женя, и я вся растаяла.
— Хорошо. Твоя мама пока не приходила, все спокойно.
Да, первые дни я шарахалась от каждого хлопка лифта на этаже. Все казалось, что сейчас откроется дверь квартиры, зайдет тетя Люда и спросит, что я делаю в Жениной квартире. У меня даже было заготовлено оправдание на этот случай: мол, пришлось съехать из квартиры, которую я снимала, а новую не нашла пока. Вот Женя и дал мне ключи, чтобы я пожила, пока он в отъезде.
— Да не бойся ты ее, — засмеялся Женька. — Съест она тебя, что ли?
— Не съест, но покусает точно.
Мы помолчали в трубку.
— Как погода в Лондоне? — спросила я, не желая слушать тишину.
— Я скучаю по тебе, — хрипло ответил мне Женька, и мое сердце сделало кульбит. Так хотелось сказать ему про беременность…
Но такие вещи нельзя сообщать по телефону.
— Приезжай поскорее, — сказала я вместо этого. — Мне тоже очень тебя не хватает.
— Приеду уже на следующей неделе, — сообщил мне Женька. — Переговоры закончились раньше, доделаю дела и встречай меня в аэропорту.
— Обязательно встречу, — пролепетала я и погладила живот.
— Едет твой папка, — тихо сказала малышу, когда повесила трубку. — Скоро будет с нами.
И мне вдруг стало так хорошо и спокойно, как не было никогда в жизни. Ощущение покоя разлилось внутри, заполнило мои легкие, очистило голову от ненужных и темных мыслей.
Все будет хорошо. Теперь все будет хорошо. Женька едет домой.
34 (обновление от 6.09)
Лина
— Приехали.
Таксист щелкнул «окончание поездки» на телефоне, и тот показал сумму поездки.
— С вас тысяча двести.
Я отстегнула нужную сумму, попрощалась и выбралась из машины. Надо мной навис терминал, яркий и светлый на фоне ночного неба. Здание аэропорта завораживало меня каждый раз, как я его видела. Хотелось сесть и улететь куда подальше, туда, где тепло и шуршит море. Сама-то я нечасто куда-то летала: на наши юга ездила поездом, а за границей была всего пару раз, в Турции.
