– Я пояснил, что благодаря ему ты застрелил не меньше двух десятков, следовательно, он как заряжавший твой арбалет может записать на свой счет половину, – улыбнулся Улан и вновь что-то произнес.
На сей раз Локис недовольно нахмурился, резко мотнул головой, взревел пуще прежнего, указывая на Петра.
– А с чем он теперь не согласный? – осведомился Сангре.
– Сказал, что отпускаю его, а он не согласился. Мол, ты его начальник и пока не дашь разрешения…
– О как! – восхитился Петр. – Стало быть, помнит общевоинский устав. Ну что ж, у каждого из нас свои мужские слабости. Ладно, иди, поточи зубки, мой ласковый и нежный зверь. Можешь и братца своего прихватить заодно. Короче, благословляю вас, чада мои, на убой крупного двуногого скота, – и он махнул рукой в сторону донжона, откуда по-прежнему доносились людские крики.
Повторять не потребовалось – Локис, моментально уразумев, что разрешение дано, сорвался с места и, косолапя, торопливо устремился в сторону донжона. Вилкас метнулся следом. Петр оглянулся по сторонам и присвистнул:
– Оказывается, нас одних не интересует залихватское дробление костей, крушение черепов и скоростная безнаркозная ампутация прочих конечностей, а все остальные на празднике жизни, – констатировал он, оглянувшись по сторонам. – Ну что, предводитель каманчей, пойдем, поглядим, как там с завершением процесса. Заодно напомним Кейстуту, что, согласно уговору, дядя Дитрих – наша законная добыча, кою нельзя кантовать, трамбовать, увечить и калечить, а то вдруг запамятует по запарке. Ты чего? – спросил он у Улана, внимательно рассматривавшего щит, совсем недавно прикрывавший его самого.
– Любуюсь, – буркнул Буланов. – Однако славные у Сударга сыновья. Вот значит, почему он так настойчиво просил, чтобы мы их с собой взяли.
– Славные, – помрачнел Сангре. – Особенно Сниегас, стоящий возле меня. Умирал уже, сознание потерял, а на ногах держался и, мало того, щит из рук не выпускал. Каким чудом – поди пойми. Настоящий герой. Ох, лишь бы выжил парень. Да и твой курносый, что возле тебя стоял. Ему, конечно, поменьше досталось, но тоже изрядно. Болтом аж к стене пришпилили, а ведь даже не пикнул. Это какое терпение нужно!
– Его так и звали: Кантрус. В переводе с литовского – терпеливый.
– А я Сниегаса во время тренировок эльфом называл. Из-за волос, – Петр прикусил губу. Глаза его увлажнились. Он поднял щит и, указывая на торчавшие в нем арбалетные болты, заметил: – Смотри, он же меня не от одной, а минимум от трёх смертей спас. А вот этот нижний болт вообще кошмар, – Петр забрался на выступ, держа в руках щит, примерился и уверенно произнес: – Смертельная рана или нет – трудно сказать, но Римгайла была бы очень недовольна. Ладно, будем надеяться, что парни выживут, тогда и сочтемся, – он вновь грустно вздохнул.
– Как-то ты не выглядишь победителем, – и Улан шутливо толкнул друга в бок. – Где радость, бурное ликование и прочее?
Сангре поморщился.
– Для полноты кайфа мне не хватает неких товарищей из числа странствующих дервишей, успевших позавчера улизнуть из замка.
– Погоди расстраиваться, – обнадежил его Улан. – Наблюдатели же не видели, кто сидел в возке. Может, там другие были, мало ли.
– Точно они, – твердо сказал Петр. – Я их, гадов, как Шариков котов – сердцем чую. Но самое скверное, что они, скорее всего, и Боню с собой прихватили. И как нам тогда с кузины выкуп спрашивать?
– А Дитрих, выторгованный тобой у Кейстута?
– Этот наглый боров, конечно, потянет на приличную сумму, особенно если его продавать на вес, однако дяденьку комтура вначале живым надо взять. К тому же хотелось бы повторить будущую сцену с выплатой выкупа, не меняя актеров, а для этого… – он досадливо махнул рукой и неспешно побрел к донжону. Улан направился следом, но возле кучи трупов задержался.
– А знаешь, что мне нравится в этом времени? – крикнул он другу. Тот обернулся. – Что нам не придется отписываться за эту здоровенную гору покойников, – кивнул он на груду тел, – хотя каждый второй в ней пал либо от твоего арбалета, либо от моего. – Он неожиданно присвистнул и указал вернувшемуся Петру на одно из тел.
– Я же говорил, что инквизиторы могли оставить их здесь. Смотри, вот тебе и Вальтер. Правда, мертвый.
– И когда его, болезного, кто-то из нас пришиб, ума не приложу, – недоуменно протянул Петр, глядя на арбалетную стрелу, торчащую в груди у бывшего пленника. – М-да-а, сержант, никогда ты не будешь майором, – вздохнул он, с легким сожалением глядя на бывшего члена великого капитула. – Ну-у, тогда есть смысл поискать и Боню.
Однако, как ни старались, отыскать испанца среди покойников ни здесь, подле ворот, ни далее, им не удалось…
Глава 25. Райские блага за наличный расчет
