Заветные слова «Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее» Сталин произносит на съезде стахановцев — в зале, где собрались лучшие «денежные модники» Гор рабочего класса. Они объявлены главными потребителями грядущего товарного изобилия. В стране нехватка всего: одежды и обуви, мебели и посуды, а особенно — продуктов. Титаническая задача насыщения рынка делает новой ключевой фигурой советского руководства наркома пищевой промышленности Анастаса Микояна. Ставший в 1935-м членом Политбюро, он имеет полномочия гораздо шире ведомственных.
В деловом турне по США Микоян перенимает индустриальный подход к еде. В СССР возникают огромные мясокомбинаты — в том числе имени Микояна, хлебо-, пив-, молокозаводы, кондитерские фабрики. Освоено промышленное производство консервов и полуфабрикатов, зеленого горошка, сгущенного молока, сосисок — они, по словам Микояна, «признак буржуазного изобилия и благополучия». Сталин добродушно вышучивает соратника:
Анастасу Ивановичу выпуск мороженого важнее всего социалистического строительства.
Шампанское — приоритет обоих вождей: броский элемент шика, надо ввести его в обиход. Построят четыре предприятия, по ускоренной технологии выпускающие «Советское шампанское». Мол, за границей вином привыкла наслаждаться буржуазия, а у нас оно по карману всем ударникам. Сторонник «культуропитейства» как средства пополнения бюджета, Микоян развивает девиз вождя:
Весело стало жить, значит, и выпить можно, но выпить так, чтобы рассудка не терять и не во вред здоровью.
Пищепром, как и все отрасли, — сугубо государственный, и газетные объявления призывают: «Требуйте кетчуп заводов Главконсерва в магазинах Союзконсервсбыта!» Микоян хочет невиданными прежде товарами воспитывать потребительские привычки: Мы не должны ждать того, что сам собою появится новый спрос.
Правда, знаменитая реклама «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы» указывает, что дальневосточный деликатес раскупается плохо. А до глубинки он не доезжает вовсе, там продолжают стоять в очередях за самым необходимым. Витрина гастрономического разнообразия — центр Москвы, и газетный хроникер насчитывает в бывшем «Елисеевском» магазине на улице Горького 38 сортов колбасы. Ассортимент расширяют решениями Кремля. Микоян перескажет в «Книге о вкусной и здоровой пище» разговор середины 30-х годов:
Товарищ Сталин задал мне вопрос: «А продают ли у нас где-нибудь живую рыбу?» «Не знаю, — говорю — наверное, не продают». Товарищ Сталин продолжает допытываться: «А почему не продают? Раньше бывало». После этого мы на это дело нажали и теперь имеем прекрасные магазины, главным образом в Москве и Ленинграде, где продают до 19 сортов живой рыбьи.
