С Германией у Кремля политические отношения хуже некуда, «фашист» — самое страшное обвинение советской пропаганды. Но сейчас Гитлер определяет повестку дня в Европе, и при начатой им перекройке карты можно «обеспечить свои интересы» в соседних странах, чего СССР не могут дать Британия и Франция. Рейх более заинтересован в торговом сотрудничестве: при большой войне на Западе ему потребуются советские ресурсы. 3 мая Сталин смещает с поста наркома иностранных дел сторонника союза с западными демократиями Литвинова — англомана, антифашиста и еврея. Главой советской дипломатии назначен по совместительству глава правительства Молотов. 20 мая премьер-нарком объявляет германскому послу в Москве Шуленбургу:
Для успеха экономических переговоров должна быть создана соответствующая политическая база.
Выбрав новой своей жертвой Польшу, Гитлер должен договориться о как минимум «благожелательном нейтралитете» Кремля — ведь в результате войны у рейха и СССР возникнет общая граница. Берлин предлагает решить сообща, как она пройдет. 2 августа рейхсминистр иностранных дел Риббентроп сообщает советскому поверенному в Берлине:
По всем проблемам, имеющим отношение к территории от Черного до Балтийского моря, мы могли бы договориться.
Советская идея: подписать открытый пакт о ненападении, а к нему тайный протокол о сферах влияния. Берлину отправлены проекты, которые нужно обсудить с глазу на глаз. В Москве все еще тянутся военные переговоры с англичанами и французами — похоже, Кремль специально создает для немцев цейтнот, чтобы добиться для себя большего. Тогда 21 августа Гитлер обращается с личным посланием к Сталину. Соглашаясь с проектом пакта, фюрер призывает договориться о его условиях «скорейшим путем».
Дополнительный протокол, желаемый правительством СССР… может быть выяснен в кратчайший срок, если ответственному государственному деятелю Германии будет предоставлена возможность вести об этом переговоры в Москве лично.
Следующий пункт — указание на совсем скорую войну:
Напряжение между Германией и Польшей сделалось нестерпимым. Польское поведение по отношению к великой державе таково, что кризис может разразиться со дня на день.
Поэтому следует торопиться:
Предлагаю Вам принять моего министра иностранных дел во вторник, 22 августа, но не позднее среды, 23 августа.
Это письмо Шуленбург вручает Молотову 21 августа в 15 часов. Спустя два часа посол получает короткий ответ Сталина Гитлеру. После похвал заключаемому пакту — единственная деловая фраза:
Советское правительство поручило мне сообщить Вам, что оно согласно на приезд в Москву г. Риббентропа 23 августа.
Риббентроп приземляется в Москве в 13 часов. Миссию не омрачает даже обстрел самолета рейхсминистра советскими зенитчиками в районе Великих Лук — видимо, в спешке предупредили не все части ПВО. Стороны замнут инцидент. Уже в 15.30 в Кремле начинаются переговоры. По протоколу они с Молотовым, но Сталин участвует с самого начала. С перерывами заседают до полуночи, подписывают документы примерно в 2 часа, но дату не меняют, и в историю войдет 23 августа. В самом пакте о ненападении ничего особенного — их тогда заключают и разрывают многие государства. Согласно секретному протоколу, расширение советского влияния огромное: Финляндия, Эстония, Латвия — до «северной границы Литвы», где начинается «зона интересов» Германии. Польшу делят примерно поровну, «по линии рек Нарев, Висла и Сан». На юге «подчеркивается интерес к Бессарабии», входящей в Румынию при «полной незаинтересованности» Германии. Тут же, в кабинете, накрывают ужин. Тост за здоровье Сталина произносит Риббентроп, после этого Сталин поднимает бокал за здоровье Гитлера.
31 августа советско-германский пакт синхронно ратифицируют рейхстаг и Верховный Совет СССР. Оба парламента — декоративные, и вопросов о крутом развороте внешней политики там никто не задает, а о секретных протоколах депутатам вовсе не сообщают. Выступая на сессии, Молотов объясняет, что против пакта могут быть только «поджигатели войны» — теперь это Британия и Франция — и те, кто попал под их влияние:
И в нашей стране были некоторые близорукие люди, которые, увлекшись упрощенной антифашистской агитацией, забывали об этой провокаторской работе наших врагов.
Назавтра Гитлер нападет на Польшу. После ее разгрома Молотов на следующей сессии Верховного Совета скажет, что Германия «стремится к скорейшему окончанию войны и к миру», а Британия и Франция «стоят за продолжение войны». Как публичному лицу советско-германского альянса, Молотову также предстоит аргументировать нападение СССР на Финляндию,захваты стран Балтии, Бессарабии и Северной Буковины.
