К концу мая 1941-го Гитлеру нужно собирать силы для войны с СССР. Ни одна из целей битвы за Британию не достигнута: на острове восстановлена армия, работает промышленность, власть и нация непреклонны. Восточный фронт придется открыть при незакрытом Западном.
КИМ-10
Начато производство первого советского малолитражного автомобиля. Он должен стать массовым семейным транспортом, но не успеет
Это высшая стадия официального довоенного гедонизма: решено, что пора производить автомобиль для частников. Московский автосборочный завод был филиалом ГАЗа, теперь он отдельное предприятие имени КИМ, Коммунистического интернационала молодежи, предназначенное для выпуска малолитражек. Прототипом выбран Ford Prefect, свежая тогда британская модель. Кузов разработали сами, правда, оборудование для его производства заказали в США.
Новинка выглядит актуально, особенно впечатляет «аллигаторный капот». Отдельный багажник, передние петли дверей, довольно просторный салон, все четыре боковых стекла опускаются — для машины такого класса это еще редкость. 30-сильный двигатель во многом архаичный, зато простой конструкции — автолюбителю легче справиться с ремонтом. Постановление ЦК и Совнаркома в августе 1940-го критикует КИМ-10 за отклонение от первоначального задания: приказано вернуться к четырехдверной модели, увеличить просвет, убрать подножки. Почти все срочно исправляют, но, поскольку пробные партии двухдверных кузовов из Америки уже пришли, разрешено пока вести сборку на их основе.
За 1941-й планируют довести годовой выпуск до 50 тысяч КИМов, чтобы в следующей пятилетке своя малолитражка была у каждой десятой семьи. Но до войны соберут менее тысячи экземпляров, в основном седанов КИМ 10-50, и совсем немного фаэтонов КИМ 10-51. Часть машин разыграют в лотерее ОСОАВИАХИМа. После войны подготовят четырехдверный КИМ 10-52, но выбор будет сделан в пользу Opel Kadett — «Москвича».
Молотов у Гитлера
Последняя фаза сотрудничества Кремля и гитлеровской Германии: премьер Молотов наносит визит в Берлин, чтобы договориться о новом расширении советской «сферы интересов» в Восточной Европе. Но рейх больше не желает делиться с СССР
В послании Сталину глава германского МИДа Риббентроп, приглашая Молотова, сулил уже разделы территорий «в мировом масштабе». К этому времени почти все, что было возможно по секретному протоколу к советско-германскому пакту, СССР уже получил. И Сталин, отвечая, соглашается: «Дальнейшее улучшение отношений между нашими странами» зависит от «разграничения долгосрочных взаимных интересов».
Гитлер встречается с Молотовым дважды — 12 и 13 ноября. Немцы больше всего говорят об использовании дружественными державами «обанкротившегося хозяйства Британской империи», которая вот-вот капитулирует. Советская сторона желает сперва решить единственный недовыполненный пункт секретного протокола — «окончательно урегулировать финский вопрос». Но после советско-финской войныХельсинки союзничает с Берлином, через Финляндию следуют германские войска, и предпринять там что-либо СССР теперь не может. Но все же это «сфера интересов» Москвы, Молотов настаивает на урегулировании там по образцу «Бессарабии и соседних стран» — то есть Прибалтики. Фюрер против: вторая попытка советизации приведет к войне, Германия лишится транзита в оккупированную ею Норвегию и перестанет получать финские лес и никель. И вообще, «все стратегические требования России были удовлетворены ее мирным договором с Финляндией» — мол, довольствуйтесь тем, чего добились. Вопреки кремлевским расчетам, Германия из своей кампании на Западе вышла не ослабленной, а усиленной и уступать партнеру не намерена.
Новое направление советских притязаний — Балканы. На предложение, чтобы СССР дал «гарантии безопасности Болгарии» — значит, ввел бы туда войска, — Гитлер холодно замечает, что ему неизвестно о такой потребности Софии. Впрочем, Германия готова добиться от Турции свободного прохода для советского флота через Босфор и Дарданеллы. Это было бы частью секретного протокола к договору о присоединении СССР к союзу Германии, Италии и Японии. По нему советские «устремления» должны направляться на юг, через Персидский залив и Аравийское море к Индийскому океану. Даже если бы Кремль интересовали эти регионы, у Красной армии заведомо нет сил для их захвата. К тому же Британия далека от поражения, и, зная о визите Молотова, королевские ВВС особенно методично бомбят Берлин. Переговоры приходится переносить в подземный бункер, и гость даже переспросит Риббентропа: если англичане почти побеждены, почему мы прячемся от налетов их авиации?
