— А-А-А-А! — заорало несколько людей.
Выстрелы! Грабители открыли по кому-то огонь! Жандармы тут же вскинули оружие, готовясь переходить в наступление, ибо бой УЖЕ начался, но грабитель с заложником снова ударил дулом в затылок женщины!
— Стоять! — рявкнул он, испуганно озираясь то назад, то на жандармов, — Никому не…
— А-А-А, ЧТО ЭТО ЗА ЧУДОВИ…грх-х-х-х! — чей-то вопль изнутри прервался звуком рассечённой глотки.
Бой внутри всё продолжался! То и дело слышался крик и грохот, и судя по непрекращающимся выстрелам — попасть они не могли! Тот мужик в балаклаве, что стоял перед жандармами, с каждым услышанным воплем всё больше терял самообладание — он перестал держать прямой контакт с полицейскими, не знал куда смотреть, хотел полностью развернуться назад! За ним ведь открытая дверь! Он ведь тоже практически в помещении!
—
—
—
—
Источников стрельбы становилось всё меньше. Раньше казалось, что это просто заканчиваются патроны, но теперь очевидно, что заканчиваются люди.
— ОН НЕВИДИМЫЙ! СУКА ОН НЕВИ…
Вопль моментально прекратился. Это повторяется уже не в первый раз. Ощущение, что стоит только врагу отвлечься — как его судьба моментально решается. Словно их убивает хищник, следящий из засады. Аккуратно, методично. Стоит лишь зазеваться…
«Прекратилось…», — переговорщица поняла, что выстрелов больше не будет.
Повисла странная, очень непривычная тишина. Даже… жуткая. Будто там, где кипела жизнь, кипели эмоции, все моментально исчезли. И ты слышал, КАК они исчезали. Словно бойня за закрытыми стенами.
Человеческая бойня.
И больше всего эта тишина пугала именно оставшегося грабителя. Все понимали, к чему это шло. Понимали, что теперь, вот СЕЙЧАС — по факту всего один заложник. У грабителя больше не такого рычага давления, и единственный его шанс — какая-нибудь заложенная бомба.
Только вот вопрос… а она вообще есть?..
— МРАЗИ! — он отпустил женщину и достал детонатор, — А НУ НЕ ШЕВЕЛИТЬСЯ! НЕ ШЕВЕЛИТЬСЯ, ИНАЧЕ Я ТУТ ВСЕХ РАЗОРВУ!
Кхм… бл*, реально есть.
Мужчина зажимает кнопку. Всё. Отпустит — взрыв.
— Постой! — подняла руку переговорщица, — Прошу, давай просто поговорим. Мы НЕ отказывались от ваших условий!
— А что это тогда⁈ — заорал он, указывая на банк, полный трупов.
— Мы не знаем! Мы не отдавали приказ, это не наши люди! Мы готовы тебя выслушать!
— Тогда кт… м-м-м, сука! — грабитель прерывается и мычит от резкой боли.
Он смотрит вниз и видит, как чернильный след осел прямо возле его ноги, словно тут растворилась змея. Щиколотку моментально обдало сначала жаром, затем холодом, а потом… всё прекратилось. Боль и неприятные ощущения исчезли, а онемение волной пошло по телу.
Сердце заколотилось. Выступил пот.
— Чёрт… чёрт… — шептал мужчина, всё медленнее и медленнее переводя взгляд на левую руку с детонатором, — Суки… су… ки! Су… с… с…
Не может…
Он теперь… не может разжать кнопку детонатора. Рука не слушается. Мышцы свело! Половину тела парализовало!
Он хотел сначала обматерить жандармов, потом завопить, а в конце даже попросить помощи! Но не мог — язык полностью онемел, а рот больше не раскрывался. И тогда его глаза застыли в полном ужасе, понимая, как медленно, орган за органом, отказывает всё его тело.
Полнейший, животный и вечный… страх неминуемой смерти, за которой он наблюдает в полном сознании.
У мужчины выступили слёзы — последнее, на что он был способен.
И всё-таки, умирать он боялся.
— Выхватить детонатор! Зажать его! Техники, быстро обрубить всю связь! — когда переговорщица увидела верные признаки паралича, она моментально отдала приказ.
Жандармы пришли в движение, быстро подбегая к умирающему грабителю, плачущей женщине, и заваливаясь в сам банк!
— Обожжённые заложники! Мёртвых больше не стало! — отрапортовала группа.
— Выследить незнакомца! Где он⁈ — женщина не моргая следила за облаком пыли, пытаясь увидеть хоть малейший признак на перемещение.
— «Нет его!» — услышала она голос мага крови по рации.
— Как это нет? Он невидим, значит проверьте…
— Да всё проверили! Он не испускает помех, его энергетику не отследить вообще никак. Ни во время боя, ни сейчас! Он просто не существует на наших радарах!
— Да это же невозможно! Невозможно подавлять помехи во время боя! Любой маг в битве оставляет…
— Этот — нет.
Они его упустили, и вряд ли они его уже найдут. Наверное… поэтому он и использовал ту змею из чернил — чтобы в этот момент в суматохе выбежать из здания.
Но если он не грабитель, не желал зла, то… зачем ему скрываться?
В конце концов — почему ребёнок с нимбом и золотой маской… вообще упал с неба?
— Да кто… это был такой?.., — прошептала женщина, наблюдая, как выводят заложников.
Его я нашёл спустя десять минут в одном из дворов неизвестного мне Германского городка.
