И потому, что комнатка была небольшой, дети прекрасно видели кто есть, а кого нет.
Они оглядывались. А где…
— Через неделю выходных вас всех ждёт старшая группа садика! А это значит – спорт, экскурсии, мероприятия. Это значит – астрология, основы магии, история. И это значит – много новых знакомств со старшими ребятишками! Всего этого вы достойны – вы показали, как хорошо учились все эти три месяца!
Список впечатлял всех без исключений. Даже весь такой крутой, казалось бы, Теодор, привыкший к богатству – даже у того засверкали глаза. Для детей нет ничего приятнее, чем похвала и обещание «вкусняшек».
— И по традиции, прежде чем мы попрощаемся, хочу объявить о лучших результатах, дабы вы все знали, что это возможно, и к этому стоит стремиться!
Дети зашептались и снова огляделись. Всем интересно, кто оказался лучшим. Им уже достаточно, чтобы в них пробудился соревновательный дух!
Но естественно главный вопрос, который всех беспокоил…
А где Михаэль Кайзер? Его отсутствие значило лишь одно.
Он что… не сдал?
— Екатерина Синицина и Максим Смоленцев! Они не ответили всего на пять вопросов. Выйдете сюда, пожалуйста.
Катя хмыкнула и самовлюблённо поправила косу, а Максим… открыл рот так, что чуть не хрустнул.
— Я?! - он даже переспросил.
Похоже, в победу Максима меньше всего верил сам Максим. Он встал ярдом с Катей.
— Теодор Салтыков. Встаньте.
Блондин хмыкнул и поднялся. Никто не был удивлён. Теодор всегда показывал лучшие результаты.
— Вам не хватило одного балла до идеального результата. Что, впрочем, всё равно входит в топ редчайших случаев нашего садика. Скажу честно – тест создан, чтобы идеала там не добиться. И сдать переходной экзамен с ОДНОЙ ошибкой… это и есть своеобразный идеал. Это один процент всех учеников, господин Салтыков. Гордитесь!
Он заулыбался. Все дети не спускали с него блестящих глаз. Даже… д-даже Катя! Даже она приоткрыла рот, глядя на Теодора. Даже, чёрт возьми, Катя! Впервые!
Наконец все старания окупаются. Вся учёба, всё терпение. Всё это начало окупаться, как и сказал его отец!
Вкус победы и превосходства…
Действительно оказался лучшим на свете. Теперь Теодор это понял. И теперь от него невозможно будет отказа…
— Впрочем, дальше произошло событие ещё реже и уникальней. До этого лишь один ребёнок сдал все вопросы, и он сейчас в старшей группе, будет ждать вас. Но вчера появился и второй, - она оглядела детей, - Михаэль Кайзер. Сто баллов из ста.
Дети замерли. Они сначала даже не поняли, а потом не поверили.
— Которого, почему-то…
— Е̦͇̲с͙̥̝т̪̤͖ь̝̳̬.̮̥̪
Одновременно громкий и тихий шепот раздался одновременно спереди и сзади каждого человека. Им будто шепнули одновременно и тени, и свет. Будто что-то тайное наконец объявило о своём существовании.
Все медленно повернулись на проход.
Теодор же… застыл. Его кожа побледнела, а руки задрожали. Его парализовало словно кролика, загнанного волком.
— Эй, Тэо. Посмотли на меня. Живо.
Блондин медленно, рвано поворачивается и видит… Кайзера. Кожа Михаэля помутнела, а под глазами были круги. Он не спал минимум сутки. Осевшая осанка говорит об огромной усталости. Никогда он таким не был. Это – худшее состояние Кайзера, которое они видели.
Но его глаза горели как и всегда. Их потушить не удалось.
Взгляды двух мальчиков встретились.
Теодор сжался. Он хотел убежать! Он ждал, что Кайзер на него накинется, что он выпустит всю свою ярость! Его стеклянные, мутные глаза говорили о безумии… о ненависти! Теодор ведь так его подставил!
Но этого не произошло.
— Спасибо за опыт, - улыбнулся Кайзер.
Теодор дрогнул. Это показалось ему хуже драки.
— Наслаждайся минутой славы, Тэо, - Кайзер развернулся пошёл на выход, - Челез неделю ты снова станешь тем, кем был, - он не глядя помахал, - Тем, кому суждено ползать. За мной. Как и всегда. И если ты сейчас не сплавился – думаешь когда-то получится?
И Кайзер ушёл, не обязанный оставаться свыше учебного времени.
Повисла тишина.
У всех не осталось слов. У каждого по разным причинам.
*****
Это того стоило. Дождаться идеального момента, чтобы выйти.
О-ох, как же стало хорошо, когда я всё высказал! Эта детская, противная, гоблинская наглость! Это на грани злодейства! Это просто мерзейшая пакость!
Но как же она приятно, боооже. Ткнуть Теодора в его же кучу. Какой же я маленький пиздюк!
Но мне нравится, хе-хе.
Я обещал, что заставлю его стыдливые, трусливые глаза посмотреть на меня. И я это сделал. Вот и всё.
Я хмыкнул. Ну, до этой первой дошло. Я там полчаса в углу стоял как дебил.
— Ну как?! – отец и мама ждали меня в раздевалке.
— Пелвое место, - улыбаюсь.
— Ай-й-й-й маладца! – разноглазый батя потрепал меня по волосам.
Все начали меня обнимать. Мама целовать. Папа тоже хотел, но я дал ему в бородатую морду, чтобы не лез – я не маленький! А от мамы можно.
— И всё же, как ты это сделал? – спросил отец.
— Да там… это… я плосто…
И тут дверь в раздевалку открывается. Мы поворачиваемся и видим…
