Однако, поспать перед важным днём мне не дали.
— Вставайте! Гомсподин, вставайте. У нас срочное дело! Невероятной важности, да, вот так!
Я открыл глаза и увидел светящиеся кошачьи глаза. Но так как кот был не страшным и не уродливым, то я тут же понял, что это Кот, а не кот. Плюс он волосатый, да.
— Да чего тебе? – пробубнил я.
— Чего?! – зашипел он, - Контракт, вот что! Осталась неделя, а в деревню вы уже не попадёте!
— А, ну да…, - зеваю, - Давай завтла. Пока, - пытаюсь накрыться одеялом.
— Никакого завтра! – он шлёпает меня по лбу, - Если мы не успеем… если контракт будет нарушен…
— То что?..
— То всё-ё-ё-ё! Большие проблемы! Мне.
— А я тут причём?..
Он испытал такой шок, что его мелкие кошачье глаза чуть из обрит не вылезли и на лоб не полезли.
— Да шучу, шучу, - зеваю, - Что там, свиток плочитать? И ты как-то нашёл время ко мне слетать?
— Да. Но времени на занятие ещё меньше, потому что у меня, так-то, дела! Вот. Через пару дней, край как раз неделя, но я научу вас технике Зависти! – он облизнул лапу и утёр лицо, - Вы научитесь выдирать ядра.
Я выдыхаю.
Не хочется подставлять Кота. Вначале он мне сильно помог, да и сам по себе парень хороший. Как и выучить технику тоже хочется.
— Ладно, - зеваю, - Плодолжаем налечие.
Мальчик с русыми волосами стоял перед родителями. Отец достал лист бумаги из папки и кинул на стол перед сыном.
— Вот список. Получили от информатора, - сказала его мать, - К сожалению, последнее, что мы от них получаем.
— Здесь список топа детской группы. По звёздам и экзамену. Краткое описание, - продолжил отец.
— Ты знаешь что делать, - кивает мать.
Сын кивнул и уверенно посмотрел на список младшей группы.
— Улыбаться. Люди любят улыбку, - кивает мальчик, - Контролировать развлечения. Сильных к себе. Слабых под себя. Нравится всем.
— Умничка, - улыбнулась мать, - Завтра важный день. Поспи хорошо.
*****
Мы стояли в коридорчике садика. Все мы. Вся группа. Я зевнул.
— Детки! Вот и настал тот момент, ради которого вы учились и сдавали экзамен! Официальный, и теперь полноценный переход в старшую детсадовскую группу!
Сердце колотилось. Волнение стучало в висках.
Я огляделся. Ну, не я один здесь переживаю. Некоторые вон покраснели, потеют и слёзы на глазах. Возможно даже обкакались.
Старшая группа…
Мы так об этом грезили! Я так ради этого напряг задницу! Это ведь реально плод, который было не просто сорвать. И вот он – результат моих стараний.
Максим стоял рядом и с открытым ртом предвкушал новые мероприятия и спорт. Новые игрушки! Нам ведь обещали, что всего будет в два раза больше, даже комнатка для игр! И мы, дети, очень ждём всего побольше, да погуще.
Катя тоже стояла довольная. Новое поле для её сплетен и манипуляций.
А вот Теодор был на удивление спокоен. На меня даже не смотрел. Что-то в его взгляде поменялось. Его ненависть и зависть куда-то делась. Или может эта энергия ушла куда-то ещё? Будто раньше он только и занимался, что не отрывал от меня взгляда, но сейчас занялся чем-то другим.
Ну, если наконец понял, каким мелким уродцем был, то и хорошо. Нет – напомню.
Только вот меня смущает, что перед тем как пустить нас внутрь, нам тут целую речь задвинули.
— Что-ж. Удачи вам, дети! – воспитательница отошла в сторону, - Михаэль и Максим, вы останьтесь.
Мы уже шагнули вслед за остальными, но удивлённо задрали головы.
— К директору. У неё есть пару слов.
Мы переглянулись. Та-а-ак?
Через пять минут мы оказались в кабинете директора. По дороге даже обсудили, что не так, и ни к чему не пришли – всё ведь так.
— Поздравляю с переводом, дети, - кивнула директриса, - Но, прежде чем вы пойдёте – у меня совет. Дети старшей группы – старше, очевидно. Они здесь дольше, уже не первый год, и… за это время сложились свои группы и правила. А так как дети эти, в основном, потомки не последних людей, то пожалуйста, ребят – думайте, что делаете.
— Вы намекаете, что нас не плимут? – спрашиваю я.
— Я прошу вас не вытворять того, что вы делали со своей младшей группой. Детей будет больше в три раза. Плюс они гарантированно умнее и опытнее вашей группы. Они прошли уже несколько экзаменов, прошли жёсткое отсеивание, - она вздохнула, - Вы мне нравитесь. Оба. Поэтому я хочу, чтобы у вас всё было хорошо. Советую, друзья, быть усидчивее. Ладно?
Ну… блин. Здравый совет. Одно дело контролировать пятнадцать засранцев трёхлетних, другое – воевать с пятилетками. Это уже совсем другой уровень! Это… огого!
Им почти в школу!
Их реально больше, они реально умнее и сильнее. Мы там будем свежей кровью.
— Максим можешь идти. Михаэль – ещё на пару минуток.
Мы с Максимом переглянулись, и я кивнул, что всё в порядке. Кажется, я понимаю о чём пойдёт речь.
Максим ушёл, и мы остались вдвоём.
— Нам ведь ещё не выпадала возможность поговорить, - выдохнула она, снимая очки, - Приношу извинения от всего детсада, Михаэль. Прости нас, что так вышло. Это неправильно и ужасно. Ты не должен был такое пережить из-за жадности взрослых.
— …, - я внимательно на неё смотрел.
