Мне оставалось только непонимающе хлопать глазами: не всё в разговоре было мне доступно, но переспросить я не решалась. Вампиры вывели меня к дому, ничем со стороны не отличающемуся от других домов города: три этажа, покатая крыша, высокое крыльцо и полное отсутствие палисадника. В окнах, правда, не горели огни, но ведь хозяева могли и спать в таком часу?
— Даже очень молодой не-мёртвый издалека чувствует присутствие людей и их количество, — пояснил Мастер. — Но с опытом мы можем уловить и приближение себе подобных: тех, кто ещё не потерял всё человеческое, иными словами, учеников. Взрослого не-мёртвого не могу почувствовать даже я.
— Я горжусь, что мне довелось видеть столь выдающегося наставника за работой, — фыркнула Поликсена, — но ты не мог бы перейти к делу?
— А я жду тебя, дорогая, — отозвался старый вампир. — Ты обещала меня кое-кому представить.
— Обещала, — признала Поликсена, — но по-прежнему не одобряю твою затею.
— И всё же я настаиваю, — не отставал Мастер, и вампирша закричала, отвернувшись от нас в темноту:
— Эй, Гарель, иди сюда! Веди своё пугало!
В ответ на этот возглас к нам из темноты выступили трое: вампирша, запомнившаяся мне в алом платье, но на этот раз выбравшая нежно-розовое, её муж Гарель и третий, нескладный мужчина в обтрёпанной одежде, которая висела на нём мешком. Неужели это — тот самый «вылупившийся» первый муж не-мёртвой в алом, которая упросила второго довести беднягу до такого состояния? Странно, мне казалось, у него более грузная фигура…
— Первое время не-мёртвые сильно худеют, — произнёс Мастер, отвечая на моё недоумение. — Но, скажу откровенно, я не ожидал, что уважаемый Гарель доведёт своего ученика до столь прискорбного состояния.
— Зачем с ним церемониться, — равнодушно произнесла «вампирша в алом», подталкивая к нам своего первого мужа, — он едва научился понимать простые приказы, не всё ли равно, что на нём надето?
Вблизи «новорождённый» вампир выглядел жутковато: запавшие глаза, ввалившиеся щёки, неестественно красный рот и совершенно шальной взгляд. Казалось, несчастный не понимает, ни где он находится, ни что с ним происходит. Силы небесные, неужели и я стану… такой же?!
— Вам не стоит тревожиться, дитя моё, — поспешил успокоить меня Мастер. — «Вылупившиеся» не-мёртвые первые несколько месяцев действительно несколько… неадекватны, ведь им пришлось пережить собственную смерть, пролежать недели три в гробу, пока превращение не завершится, а после самостоятельно из него выбираться. Однако не-мёртвый, созданный сознательно, не теряет разума ни на мгновение.
— Мне тоже не слишком нравятся ваши планы, — обратился Гарель к Мастеру, едва дождавшись, пока тот умолкнет. — Мы виноваты, что позволили Бра
— Нельзя, — отрезал Мастер. — К тому же учителя, которые так мало пекутся об ученике, что оставляют его на кладбище в надежде, что его найдут кровники, не имеют на воспитанника моральных прав.
— Но, Мастер! — вяло возмутилась «вампирша в алом».
— Мы уже обо всём договорились, — холодно ответил старый вампир. — Поликсена, дорогая, вы принесли всё, о чём я просил?
— Ты не предполагаешь, надеюсь, будто я сама тащила сюда лестницу? — язвительно отозвалась хозяйка лена. — Об этом должны были позаботиться твои ученики.
Как в пьесе, где одни персонажи выходят из-за кулис вслед за другими, появилось ещё двое вампиров: бывшие ученики Мастера, которые напугали меня у входа в Змеиный переулок. Юноша нёс в руках лесенку, вроде тех, с помощью которых садовники добираются до растущих слишком высоко яблок, у девушки было в руках нечто вроде лапки35, но при тусклом свете фонарей я не могла разглядеть в точности. Поставив лестницу, юноша склонился в глубоком поклоне сначала перед Поликсеной, потом перед вампиршей в алом, потом перед Мастером и только потом приветливо кивнул мне. Девушка почтительно присела перед Поликсеной и Мастером, остальных сочтя не стоящими своего внимания.
— Ну-с, девочка, — обратилась ко мне хозяйка лена с какими-то нехорошими интонациями в голосе. — Очередь за тобой.
— За мной? — поразилась я, не понимая, какое отношение ко мне могут иметь лапка и лестница. — Мастер, о чём?..
— Дитя моё, — отозвался старый вампир, — Поликсена всего лишь хочет сказать, что ты должна открыть для нас дверь, снять крест снаружи и изнутри, а после позвать Браила войти внутрь, чтобы он прошёлся по дому и поискал, нет ли опасности.
— Я категорически против, — хмуро заявил Гарель, — того, чтобы рисковал мои ученик.
— Это ещё не твой ученик, мальчик, — холодно возразил Мастер. — Ты не заслужил права на его воспитание. Выживет — получишь его обратно, нет — ты с самого начала о нём не заботился. Потом заведёшь себе другого, воспитаешь как подобает. А сейчас позаботься, чтобы Браил в точности слушался моих указаний, будь так добр.
