Труба обрушилась вниз, но за секунду до этого Гуров стремительно метнулся Елисееву в ноги. Металл ударился об асфальт, выбив сноп искр. Сбитый с ног Елисеев больно ударился затылком. Труба отлетела в сторону, и он, с трудом балансируя на грани сознания, вцепился пальцами левой руки в горло полковнику.
— Удавлю, тварь! — прохрипел он.
Гуров, лежа на нем сверху и по-прежнему не чувствуя правой руки, левой перехватил Елисеева за запястье и попытался вывернуть ему кисть. Но тот только крепче сжимал горло сыщика, и уже через пару секунд перед глазами Гурова поплыли радужные круги. Он понял, что теряет сознание, но отдернуть от горла руку противника так и не получалось. Гуров отпустил запястье Елисеева и, не глядя, ударил его кулаком по лицу. Затем еще раз и еще… Гуров продолжал бить противника даже после того, как хватка ослабла, а затем рука Елисеева и вовсе откинулась в сторону, стукнувшись костяшками пальцев об асфальт. Гуров сел ему на живот и отдышался. Все лицо противника превратилось в бесформенное кровавое месиво, но пузырящаяся на губах пена свидетельствовала о том, что Елисеев был еще жив.
С воем сирен во двор ворвались два милицейских автомобиля. Гуров повернул голову. Два «Опеля» с синими полосами по бортам блокировали автостоянку с противоположных сторон. Громко захлопали дверцы, и вниманию полковника предстали пять бравых широкоплечих бойцов в тяжелых бронежилетах и в касках с опущенными пуленепробиваемыми забралами. В руках у каждого было по автомату, и все пять стволов устремились в направлении сидящего на своей жертве Гурова.
— Не двигаться! Руки за голову! — Зычная команда разнеслась по всему двору, без труда перекрывая гул сигнализации и вой сирен.
Практически в каждом окне ближайшей девятиэтажки появились головы любопытных. Самые смелые уже стояли в дверном проеме подъезда.
Из «Опеля», что располагался правее места событий, неторопливо выбрался мужчина в штатском с мегафоном в руке. На нем была однотонная коричневая рубашка из шелка и светлые льняные брюки. Большую часть лица закрывали огромные зеркальные очки.
Мужчина поднес мегафон ко рту и спокойно произнес, обращаясь к Гурову:
— Слезь с него и держи руки на затылке.
Кричать что-то в ответ полковнику не хотелось, а потому он покорно выполнил распоряжение. Вернее, выполнил его не полностью. Поднялся с Елисеева, который все еще находился без сознания, и положил на затылок только правую руку.
— Вторую, — потребовал мужчина в солнцезащитных очках.
Гуров жестом дал ему понять, что рука не функционирует. Мужчина на мгновение заколебался, а затем спросил через мегафон:
— Оружие есть?
Сыщик отрицательно покачал головой. Мужчина подал короткий знак одному из подчиненных. Тот опустил автомат и приблизился к Гурову. Быстро и сноровисто обыскал его. Заметив пустую наплечную кобуру, удивился.
— Удостоверение в нагрудном кармане, — сказал ему Гуров.
Парнишка поднял забрало, и полковник смог увидеть, насколько он молод.
— Что?
— Я из уголовного розыска, — с трудом проговорил Гуров. Горло еще болело. — Главное московское управление. Удостоверение в кармане. Посмотри.
— Что там случилось, Умнов? — прокаркал в мегафон мужчина в очках.
— Секунду, товарищ майор.
Парень запустил руку в нагрудный карман Гурова и выудил удостоверение. Раскрыл его, бегло ознакомился и сверил фото с лицом полковника. Присвистнул.
— Умнов? — окликнул его майор и тут же добавил в свой мегафон: — Чья машина орет? Выключите сигнализацию!
От подъезда отделился мужчина с голым торсом, пробежал несколько метров и, вытянув руку, нажал на компактном брелке нужную кнопку. Сигнализация пискнула в последний раз и смолкла.
— И сирену уберите, — распорядился майор.
Еще двое с автоматами побежали к «Опелям», и во дворике установилась абсолютная тишина. Слышно было даже хриплое дыхание растянувшегося на асфальте Елисеева. Майор опустил руку с мегафоном.
— Так что там у вас? — обратился он к обыскивающему Гурова пареньку.
— Это важняк из главка, товарищ майор, — ответил тот. — Полковник Гуров.
Сыщик кивнул, подтверждая слова автоматчика. Чуть больше минуты майор молчал, затем снял очки и повесил их на верхнюю пуговицу рубашки.
— Уберите оружие, — бросил он подчиненным и пошел к Гурову.
Полковник опустил руку и забрал у паренька свое удостоверение. Попробовал пошевелить правой и с удовольствием отметил, что ее двигательные функции понемногу восстанавливаются.
— Майор Ярошенко, — представился Гурову подошедший. — Районное управление внутренних дел. Что у вас тут случилось, товарищ полковник?
— Задержание преступника. — Сыщик кивнул на Елисеева. — И вы как раз вовремя, майор. Нужно доставить его в наше управление. А заодно и меня тоже. Думаю, что мой транспорт сейчас не на ходу.
Гуров нагнулся, подобрал «штайр» и пристроил его в наплечной кобуре. Майор, не задавая больше вопросов, отдал новые распоряжения подчиненным, и двое из них оперативно загрузили Елисеева в ближайший «Опель».
— Я поеду с ним, — сказал Гуров. — И вы с нами, майор.
