— Мне приходилось, — сказала она. Это прозвучало как-то тяжело, словно девочка не хотела об этом вспоминать. Дину немедленно воображение нарисовало яркую картину — как Саманту в детстве заставляли тренироваться на пленённых тварях, которых охотникам-родителям было нужно допросить. Он тряхнул головой, отгоняя такие мысли. — Пожалуйста, — прежде, чем слабое свечение окутало её ладони, произнесла Саманта, — доверяйте мне, — и она закрыла глаза.
А потом, когда свечение погасло, покачнувшись, рухнула на колени. Дин едва успел подхватить её у самого пола.
Придерживая хрупкое тело, он быстро оглядел два других — внешне ничего не изменилось.
— Ладно, — пробормотал Винчестер, легко отрывая девочку от пола. — Сейчас разберёмся.
Он бережно опустил Саманту на кровать, где так и остался со вчерашнего дня её рюкзак. Почему-то нести её в комнату Сэма Дин передумал, когда оказался у самой двери. Так что сейчас девочка находилась у себя, в гостевой комнатке, условно принадлежащей Касу. Ангел никогда не говорил, что ему нужна комната, но Винчестеры как-то без слов и договорённостей определили, что она будет принадлежать именно ему.
За несколько последних минут Винчестер успел несколько раз оббежать почти весь бункер. Тела Сэма и Каса Дин отвёз в библиотеку, где для этого как раз хватало места. И вот сейчас он сидел рядом с девочкой, в которой, вроде бы как, теперь должны были находиться их разумы. Дина, честно говоря, это слегка пугало. Он сам не понимал, как рискнул довериться хрупкой девчонке, которую прошлым утром подозревал чуть больше, чем во всех смертных грехах. Но, судя по свечению, обратного пути у него сейчас уже не было. Так что ему придётся сидеть здесь, на самом краешке кровати, и просто тупо ждать. А это Дин всегда ненавидел.
Зато сейчас можно было обдумать всё произошедшее спокойно. Винчестер так и поступил — начал скользить по своим воспоминаниям в обратном порядке, пытаясь анализировать, но по большей части просто перегорая яркими чувствами, которые собирался запихнуть поглубже после этой своей стандартной процедуры. Тяжёлое и острое чувство вины слегка притупилось, когда он узнал, что Сэм и Кас живы, и что есть шанс дать им хоть какое-то подобие существования, пока не станет известно, как победить сон Пустоты. Но сейчас оно грызло его снова.
И как-то в одну секунду оно впилось ещё глубже в тело, когда Дин внезапно осознал, что двое суток назад собственными руками предал огню живого девятилетнего мальчика.
Винчестер резко открыл глаза и уставился в точку перед собой, когда эта мысль пришла ему сама собой. Он вдруг подумал: если Сэм и Кастиэль живы, если их сознания можно хотя бы попытаться спасти, то чем от них отличался брат Саманты? Ведь Пустота не убила его, как сделала это с его матерью. Нет, она просто усыпила его — таким же образом, как сделала это с тем же Сэмом. Кастиэль находился в том же состоянии, что и брат Дина, значит — Пустота всех приводила к одному и тому же. Неужели, она и того мальчика не убила, а всего лишь усыпила?
Неужели, им было достаточно просто дать Саманте с ним попрощаться, прикоснуться к нему, чтобы она поняла, что может попытаться спасти брата?
Дин сжёг маленького ребёнка заживо. Возможно, мальчик даже чувствовал эту адскую боль, когда горел, и только не мог никак попросить помощи и пощады.
Дрожь прошла по телу охотника. Дин почувствовал себя монстром; ещё более ужасным, чем год назад. Тогда он хотя бы был под действием Метки, был демоном — желание мучить и убивать составляло основу его сущности. Но кем он был сейчас? Человеком? Человеком, который сжёг ребёнка, даже не удосужившись проверить у него пульс?
С кровати раздался тихий вздох. Дин вздрогнул, повернувшись на этот звук — девочка наконец открыла глаза. Он подорвался с места и подскочил к ней, с трудом сдерживаясь — умом Винчестер понимал, что стоит вести себя спокойнее, чтобы не напугать наверняка потрясённого перемещением Сэма.
Пару секунд Саманта просто смотрела в потолок. Как раз в тот момент, когда Дин понял, что цвет глаз у неё сменился с карего на зелёный, она моргнула и испуганно вздохнула. Винчестер понял — это была уже не девочка, это был именно Сэм.
Младший Винчестер рывком подскочил, осознав, что происходящее реально и он способен двигаться. Прежде, чем Сэм испытал культурный шок, увидев на себе вместо восьмидесяти килограммов мышц вязаный свитер и длинную юбку, Дин успел его придержать за грудь.
— Эй, эй, Сэмми, тише, тихо-тихо-тихо, — успокаивающе заговорил он. Сэм поморгал ещё, помотал головой, потом глубоко вздохнул, беря себя в руки. Дин неожиданно осознал, что так и не убрал ладоней с груди девочки — и глупо усмехнулся. До него вдруг дошло, что он только что облапал несовершеннолетку, брата и ангела в одном лице.
Винчестер убрал бы руки, но Сэм удержал одну из них. По взгляду его становилось понятно, что охотник начинает осознавать, что что-то не так.
— Э-э-э… Сэм, отпусти, — нервно улыбаясь, попросил Дин. Но младший брат его не послушал, продолжая анализировать свои ощущения.