Написано кровью моего сердца полностью

Джейми по-шотландски усмехнулся и немного сдвинулся, чтобы усадить меня поудобнее.

— Ты права. Мне нравится иногда видеть тебя в красивом платье, с забранными наверх волосами и глубоким декольте. Кроме того, — добавил он, — мужчину судят по тому, как он обеспечивает семью. Если я позволю тебе ходить в тряпье, люди подумают, что я либо жадина, либо транжира. — По тону Джейми стало ясно, какое из возможных обвинений пугает его больше.

— Не подумают. Все в Ридже знают, что ты не такой. Кстати, тебе не приходило в голову, что и я хотела бы время от времени видеть своего мужа во всей красе?

— Какая же ты легкомысленная, саксоночка. Не ожидал услышать такое от доктора К. Э. Б. Р. Фрэзер. — Он снова рассмеялся, но вдруг резко замолчал. — Смотри-ка, — прошептал Джейми мне на ухо и показал вниз на место, где из-за деревьев появляется ручей: — Видишь?

— Не может быть! — воскликнула я, заметив белое пятно среди зелени перечной травы и ряски. — Это и правда она? — Без очков далеко я не видела, хотя догадалась по движениям, что это свинья. Большая свинья. Большая белая свинья.

— Ну, если не та самая белая свиноматка, так ее дочь. Хотя я думаю, что это старая потаскушка собственной персоной. Ее важный зад с другим не спутаешь.

— Что ж, теперь мы и правда дома. — Я с довольным вздохом откинулась назад.

— Через месяц ты уже будешь спать под собственной крышей, a nighean, — пообещал мне Джейми. По его голосу я поняла, что он улыбался. — Возможно, лишь под навесом небольшой пристройки, зато уже нашей. К зиме поставим дымоходы, возведем стены и накроем все крышей, а потом я займусь полами и дверями.

Я коснулась ладонью его теплой и немного колючей щеки. Конечно, это не райский уголок и от войны здесь не скроешься — сражения обычно носятся по стране ураганом и наносят немало разрушений даже там, где едва задерживаются. Я не знала, как долго это продлится, но на тот момент в Ридже был наш дом и в нем царил мир.

Какое-то время мы молча наблюдали за тем, как ястребы кружат над открытым пространством. К занятой поисками пищи белой свинье (если это и вправду была она) присоединилось несколько маленьких поросят — наверняка из ее весеннего приплода. У подножия горы, рядом с гужевой дорогой, показались двое мужчин на лошадях. Узнав их, Джейми заметно расслабился.

— Хайрам Кромби и новый разъездной священник, — сообщил он. — Хайрам говорил, что собирается встретить его на пересечении дорог, чтобы тот не заблудился.

— В смысле, он хотел проверить, достаточно ли этот новенький суров для своей работы? — засмеялась я. — Они же вообще перестали принимать тебя за человека.

Хайрам Кромби возглавлял небольшую группу поселенцев, которыми обзавелся Джейми шесть лет назад. Все они были пресвитерианцами невероятно строгих нравов и считали католиков извращенцами и чуть ли не дьявольским отродьем.

Джейми ухмыльнулся, как бы пропуская мое замечание мимо ушей.

— Ничего, привыкнут снова, — отмахнулся он. — И я готов заплатить денег, лишь бы увидеть, как Хайрам разговаривает с Рэйчел. Вставай-ка, саксоночка, а то у меня нога затекла. — Джейми помог мне подняться и расправил свой килт. Хоть и выцветший, он очень шел Джейми, и я радовалась, видя его таким: высоким и широкоплечим; главой семьи, хозяином собственных земель.

Глянув в сторону скалы, Джейми глубоко вздохнул и повернулся ко мне.

— Кстати о непредвиденных мерзостях, — задумчиво добавил он. — Ты ведь хочешь видеть их издалека, чтобы быть готовой? — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Тогда, может, расскажешь, что надвигается?

— Все в порядке, — в десятый раз повторила я, отдирая кусочек коры с бревна. — Правда. Все хорошо.

Хмурый Джейми стоял передо мной на фоне скалы и затянутого облаками неба.

— Саксоночка, я намного упрямее тебя, и ты это отлично знаешь, — спокойно сказал он. — В фактории Бердсли тебя что-то явно расстроило, и ты не хочешь мне об этом говорить. Понимаю, сначала нужно собраться с мыслями, но времени у тебя было достаточно. Раз ты до сих пор молчишь, значит, все хуже, чем я думал.

Я медлила, пытаясь сообразить, как бы рассказать ему без лишних… Нет. Посмотрев на Джейми, я решила, что не стану ему врать — и не только по той причине, что он сразу распознает ложь.

— Помнишь нашу первую брачную ночь? — медленно проговорила я. — Ты обещал не спрашивать меня о том, что я не могу сказать. Да, в любви нет места лживости, но без секретов не обойтись. Я не буду врать тебе, Джейми, и рассказывать тоже не хочу.

Он со вздохом переступил с ноги на ногу.

— Саксоночка, если ты считаешь, что от этих слов мне станет легче… — Джейми покачал головой. — Ту ночь я помню прекрасно, — улыбнулся он. — Сказал я по-другому: что между нами лишь уважение, в котором есть место для тайн, но не для лжи. — Помолчав, он нежно добавил: — Теперь ведь мы не просто уважаем друг друга, mo chridhe?