Я прочистил горло и вынул ожерелье из шкатулки.
— Нет, это не бабушкино. Оно было потеряно давным-давно. Я сделал это специально для тебя. Но они похожи, — я накинул его ей на шею, зажав большими пальцами.
— Оно такое красивое, — прошептала она, поглаживая сердечко.
Отодвинув корону, я поцеловал ее в макушку.
— Прямо как моя Рози Пози, — я вернулся на свое место. — Ну что, я прощен за опоздание?
Она одарила меня белоснежной улыбкой.
— Может быть. Ты не забыл взять пони?
Я наклонил голову в сторону.
— Я должен был взять пони?
Паника исказила ее круглое лицо.
— Да! Ты обещал подарить его на мой праздник. Я уже сказала об этом Молли.
Ее глаза начали наполняться слезами.
— Эй, эй, эй. Расслабься. Конечно, я заказал пони. Его доставят в два, так что он будет в твоем распоряжении целый час, пока не придут твои друзья.
Я пододвинул свой стул, чтобы сесть рядом с ней, и положил пончик на ее тарелку.
— Перестань напрягаться. Ладно? Вечеринка будет отличной. Придут Молли, Эва и Пейсли. И еще около пятнадцати детей из твоих гимнастических и танцевальных классов. У нас много еды и цветы уже в пути. И прежде, чем ты спросишь, да, ты можешь украсить дверь.
— Ты не забыл про пакеты с подарками?
Я сжал ее руку.
— Твоя вера в меня оскорбительна. Конечно, я помнил про пакеты с подарками. Я лично наполнил их сигарами и виски.
— Что!
— Я шучу. В каждом пакете два светящихся в темноте браслета, упаковка ароматизированных маркеров, один блеск для губ и столько конфет, что ни один родитель больше не позволит своему ребенку вернуться в наш дом.
Она улыбнулась, отчего мой рот тоже растянулся. Ради такой улыбки я готов на все — в том числе и на то, чтобы потратить вечер пятницы на наполнение двух десятков розовых пакетов с блестками и барахлом на сумму более ста долларов, которое к концу выходных окажется в мусорном ведре.
— Ты купил торт с единорогом? — спросила она.
— Еще нет. Я должен забрать его в полдень. Мне нужно выполнить еще несколько поручений, например, забрать шарики и лед. Но я написал дяде Йену, и он собирается приехать и помочь вам с Алехандрой украсить дом. Хорошо?
— Хорошо, но если он попытается принести вещи из «Звездных войн», я не приглашу его на свою следующую вечеринку.
Я рассмеялся.
— Справедливо. Я обязательно его предупрежу. А теперь, что скажешь, если мы перестанем беспокоиться о вечеринке и просто позавтракаем? Сегодня День Рози Пози. А в День Рози Пози…
— Мы едим сладости, — закончила она за меня.
— Весь день.
Она хихикнула и, вместо того чтобы съесть свой пончик, она забралась ко мне на колени, придвинув свою тарелку к моей.
Когда Рози была младше, она настаивала на том, чтобы сидеть у меня на коленях во время каждого приема пищи. Алехандра говорила мне, что это плохая привычка. Но я не возражал. Мне нравилось быть рядом с ней так же, как и ей со мной. За последние полгода она делала это все реже и реже, предпочитая свой стул за столом, а не мое бедро. Я скучал по своей малышке, которая во всем нуждалась во мне, но я был чертовски горд видеть, как она взрослеет и обретает независимость. Но мне было все равно, сколько ей лет. Если бы она захотела заползти ко мне на колени и есть пончик на свой день рождения каждый год до конца жизни, я бы сидел там, улыбаясь, как маньяк, в уродливом банановом галстуке и ел его вместе с ней.
Хэдли
Каждая маленькая девочка мечтает о сказке. О белом рыцаре, который спешит спасти ее из лап монстра. После этого они влюбляются, переезжают в замок, рожают детей и живут долго и счастливо.
По такому определению, моя жизнь тоже должна была быть сказкой.
Когда мне было восемь лет, Кейвен Хант спас меня от самого страшного зла на земле. Неважно, что я была ребенком. Я влюбилась в него сразу, безоговорочно и без колебаний.
Но на этом моя сказка закончилась.
Вместо замка я переехала в маленький дом в стиле ранчо с тремя спальнями и дедушкой, который в большинстве случаев едва помнил мое имя. Долгие годы я боролась с тяжелым посттравматическим стрессовым расстройством и в конце концов убедила себя, что некоторые жизни просто не стоят того, чтобы их проживать.
Спустя несколько лет появился ребенок, зачатый случайно в один из самых мрачных моментов, которые только можно себе представить. Но та темнота была летним днем по сравнению с кромешной тьмой, в которой она родилась. Теперь эта невинная девочка была моей лишь в том смысле, что в ее венах текла моя ДНК. Она принадлежала Кейвену во всех смыслах.
Я нормально спала по ночам только благодаря тому, что знала, что она у Кейвена. С ним она будет в безопасности. Так же, как и я когда-то.
Кому-то может показаться, что я была злодейкой из сказки. Злая мать, вернувшаяся, чтобы навести хаос на белого рыцаря и его маленькую принцессу.
Но причинять ему боль никогда не входило в мои планы. После всего, что он мне дал, я была обязана этому человеку жизнью.
