Обратившись к Тиролю, мы вновь видим картину социального и политического недовольства, уходящего своими корнями в XVIII столетие. Так, при Габсбургах тирольцы пользовались весьма привилегированным статусом, который освобождал их от воинской повинности и позволял им решать вопросы о налогообложении, к тому же у них было провинциальное законодательное собрание, состоявшее в основном из крестьян. Однако, как и во всей империи, эти привилегии были подорваны реформами Иосифа II (1780–1790), который был полон решимости ввести воинскую повинность, централизованное правление и единообразную систему налогообложения во всех своих владениях. В Тироле данные реформы вызвали недовольство, к тому же чувства обитателей этой провинции, кроме того, разжигались религиозной политикой Иосифа, которая помимо прочего привела к роспуску всех светских братств, закрытию трети тирольских монастырей, «очищению» традиционных религиозных обрядов с целью уничтожения суеверий и фанатизма, эмансипации протестантов и евреев и реорганизации церковных приходов и епархий. Когда 1789 г. принёс не только серьёзные наводнения, но ещё и декрет, налагающий имеющие обратную силу ограничения на возможность требования возмещения убытков, происходящих от уничтожения светских братств (который начал действовать, когда дружеские светские общества оказывали обширное покровительство крестьянам), следствием стали повсеместные бунты, подогреваемые горячими протестами тирольских сословий. Иосиф, столкнувшись с сопротивлением, более бурным, чем в других местах, отменил свои военные и административные реформы, поэтому свободы Тироля сохранились вплоть до наполеоновской эпохи. Они как таковые не могли не стать прямым вызовом централизованной политике баварского главного министра Монтгеласа, когда в 1806 г. Тироль уступили Баварии. Тирольское законодательное собрание было ликвидировано; провинцию разбили на три округа (Kreise) и само её название было уничтожено; были приняты меры по введению воинской повинности и баварской налоговой системы; в Тироль назначили многочисленных «иноземных» чиновников; кроме того, было принято множество мелких мер, чтобы усилить видимость ассимиляции: так, например, название характерного для этого района плода изменили с «императорской груши» на «королевскую грушу». К тому же, разумеется, католические чувства тирольцев оскорбляли религиозные реформы, которые мы уже описывали (они фактически основывались на Иосифовой модели, которая вызвала такой гнев двадцать лет тому назад). Всё это сопровождалось экономическим спадом: баварский протекционизм и континентальная блокада нанесли удар по и без того слабой местной промышленности, была серьёзно подорвана торговля — отсюда, вероятно, заметна роль трактирщиков в организации восстания и руководстве им, — к тому же предложенный низкий курс обмена австрийских бумажных денег привёл к огромным финансовым убыткам.
