– А я все думала, где ты, – говорит она с сильным акцентом. – Кухню со вчерашней ночи разрывает от слухов.
– Нина, это Варя, – представляет Роман, заходя на кухню. – Варя знает о нашем соглашении.
Пожилая женщина оглядывает меня от макушки до пят, заставляя почувствовать себя так, будто мне шестнадцать лет и я знакомлюсь с мамой моего парня. Эта женщина важна для Романа, что очевидно по звуку его голоса, когда он с ней разговаривает. Он кажется менее настороженным. Если он поделился с ней правдой о нашей сделке, значит, он ей доверяет, а я не думаю, что Роман доверяет многим людям.
– Итак, когда планируется свадьба? – спрашивает она.
– Через несколько недель. – Я пожимаю плечами.
– Не думаю, что это хорошая идея, Роман. – Варя поворачивается к нему. – Если ты продержишь Нину здесь так долго, тебе придется представить ее твоим людям. Я не уверена, что это хорошая идея: представлять ее как твою… любовницу.
– Думаешь, мы должны сделать все пораньше? – спрашивает он.
– Да. Когда ты приведешь ее к своим людям, она должна быть твоей женой. Иначе никто не будет ее уважать.
Роман некоторое время смотрит на Варю, затем берет телефон и делает звонок.
– Максим, планы меняются. Перенеси брачного агента. На завтра после полудня.
Постойте, что?
– Так намного лучше, – улыбается Варя. – Когда мне подать ужин?
– Через час.
– Отлично. Я позабочусь, чтобы его принесла именно Валентина. Она описала сцену, которую застала вчера, в таких подробностях. Она очень одаренная сплетница. Весь персонал кухни и несколько мужчин, которые там были, слушали ее с широко открытыми глазами и отметили, что ты никогда не приводишь женщин в дом, значит, эта – какая-то особенная, – Варя поворачивается, чтобы уйти, но останавливается в дверях. – Сделайте так, чтобы в этот раз она застала вас за чем-то более интимным. Ты же не хочешь, чтобы люди начали что-то подозревать, когда объявишь им о вашей внезапной свадьбе, Роман.
Я таращусь на дверь, через которую Варя только что вышла, в растерянности и легкой панике, затем поворачиваюсь к Роману.
– Мы не будем заниматься сексом ради того, чтобы нас застукала твоя горничная.
Он смеется и направляется к своей спальне.
– Я приму душ и переоденусь. Если ты планируешь сделать то же самое – поторопись и надень что-нибудь кружевное.
– Что, прости?
– Не будет никакого секса. Но Валентина принесет ужин в мою комнату, и ты будешь там, – бросает он эти слова через плечо.
– В твоей комнате?
– В моей кровати, Нина.
Я роюсь в кухонном ящике в поисках штопора, когда слышу, как открывается дверь в комнату Нины. Я поднимаю голову и удивленно смотрю. Нина стоит в дверях, похожая на какую-то темную принцессу: в короткой кружевной сорочке, иссиня-черные волосы свободно падают по обеим сторонам от ее лица.
Она босиком входит на кухню и останавливается прямо передо мной, но продолжает смотреть на мои ноги, наклонив голову. Внешне она выглядит расслабленной, но затем она поднимает взгляд и напрягает спину. Значит, как я и предполагал, не близость ко мне ее беспокоит, а мой рост.
Я убираю левый костыль из-под мышки, прислоняю его к кухонному острову, наклоняюсь, чтобы обхватить Нину за талию, поднимаю и сажаю ее на стойку перед собой.
– Так лучше? – спрашиваю я, но она только испуганно смотрит на меня широко открытыми глазами.
Я оборачиваюсь, чтобы забрать левый костыль, и когда снова взглядываю на нее, то вижу одинокую слезу, которая катится вниз по ее лицу. Это зрелище убивает меня.
– Прости, – шепчет она. – Это не из-за тебя, Роман.
– Знаю. – Я протягиваю руку, кладу ладонь на ее щеку и смахиваю слезу. – Я убью его,
– Нет.
– Это не просьба. Назови его чертово имя!
– Я сказала – нет. Я не хочу никого делать убийцей.
– Для этого слишком поздно, Нина. Имя.
– Брось. Я тебе не скажу. Просто… брось это, черт возьми!
Я делаю глубокий вдох и пытаюсь сдержать желание ударить обо что-нибудь кулаком.
– Хорошо. Пока не будем об этом. Но ты лишь откладываешь неизбежное.
В моей комнате звонит телефон. Наверное, Варя проверяет, готовы ли мы к ужину, но я больше не в настроении играть в игры.
– Мне нужно ответить. – Я поворачиваюсь, иду к спальне и слышу, как Нина слезает со стойки.
Она идет следом, держась в нескольких шагах от меня, в такт с моим медленным шагом. Телефон перестает звонить, как только я дохожу до тумбочки.
– Скажу Варе, чтобы поднос оставили перед дверью, – говорю я, опускаясь на край кровати. – Ты можешь вернуться в свою комнату или подождать на кухне.
– Нет. – Она тянется за костылями, которые я прислонил рядом с собой, и опускает их под кровать. Я наблюдаю, как она снимает покрывало и залезает под одеяло. – Давай, – подзывает Нина, поднимая край одеяла.
