— Ты говорил про особых собак, про которых рассказала твоя знакомая из Посольства. Что это единственный способ распознать метаморфов. И что есть надежда, что Майло сможет что-то унюхать.
Я тяжело вздохнул, а Майло смущённо отвернул морду, сделав вид, что страшно заинтересован игрой теней в углу кабинета, постаравшись сделаться незаметным. Прикинулся короче ветошью.
— Понимаешь, в чём дело. Думаю, наш хвостатый друг сто очков вперёд даст этим мифическим ищейкам. При его уровне магии он воспринимает не только запахи в обычном для нас понимании, но и магические эманации ауры человека или демона, уникальные для каждого индивидуума.
Но проблема идентификации в том, что здесь используется метод сравнения. Скажем, Земная полиция использует собак для обнаружения наркотиков, но для этого сначала в процессе тренировок они дают им нюхать эти самые наркотики, чтобы ищейка знала, что искать.
С собаками, которых используют Великие Дома для обнаружения Ночных убийц, ситуация та же самая. Сначала их натаскивают на запах Инвойсеров.
Майло может унюхать что угодно. Но он не знает, как пахнут эти самые метаморфы. Поэтому не знает, что искать.
— То есть мы в пролёте! — резюмировал Константин Петрович.
— Не совсем, — возразил я. — Майло будет искать всё странное, необычное. Придётся проверять множество вариантов, но это лучше, чем ничего.
Тем же самым будем заниматься и мы. Будем искать всякие странности в поведении окружающих.
— Не совсем понял, что ты имеешь в виду, — с сомнением произнёс Константин. — Ты же говорил, что метаморфы поглощают не только знания о внешнем виде и структуре тела жертвы, но и память тела, которое они копируют.
— Верно. Но они, демоны. И не очень хорошо ориентируются в человеческом мире. И могут не придавать значения мелочам или привычкам. Например, если вдруг человек, который нещадно бухал или курил как паровоз, вдруг резко изменит свои привычки, то это будет повод задуматься и провести тщательную проверку. А лучше, по возможности, сразу изолировать такой объект, убрав его из окружения Катерины.
Вот только народу в поместье и во дворцах что-то шибко много. Да ещё и сам день рождения, из-за которого на торжественном приёме будет море народа.
— Ну, так как мы знаем, что убийцы уже некоторое время находятся на территории Родового Комплекса, то тратить время на прибывших позднее не имеет смысла. Хотя такое количество народа создаёт определённые проблемы, — согласился Константин.
— С чего вообще такой ажиотаж? — недовольно поинтересовался я. — Ну, день рождения. Причём не юбилей, двадцать шесть лет. Откуда столько гостей?
— Я ведь тебе уже говорил, что после истории с похищением сестра резко образумилась. И даже на радость родне готова обсуждать вопрос своего замужества, не закатывая при этом истерики.
— То есть фактически не день рождения, а смотр женихов, — врубился я. — На этот приём слетится вся столичная молодёжь мужского пола, в надежде покорить сердце одной из самых завидных невест Империи.
— В яблочко! — усмехнулся Константин. — Народу будет прорва. Да ещё и все родственники припрутся. Плюс для обслуживания такого мероприятия и гостей, придётся собрать слуг и охрану с других наших владений. Согласен, что в этой толпе и толчее потенциальным убийцам будет гораздо легче затеряться.
Так, мы и просидели больше часа, пытаясь найти верное решение, но в голову, как назло, ничего путного не шло.
Не знаю, сколько бы мы ещё занимались этим бесполезным занятием, если бы нас не позвали на ужин.
Судя по всему, к ужину мы поспели одними из последних, так как большинство домочадцев и гостей уже расположились за большим овальным обеденным столом.
Кроме супруги Константина и Катерины Кропоткиной, за столом расположилось ещё с десяток гостей. В основном среднего возраста, за исключением пары молодых людей и девицы примерно Катиного возраста.
Графиня представила меня присутствующим, большинство из которых меня проигнорировали, а молодёжь взирала на меня с пренебрежением и даже с некоторой брезгливостью. Перспектива общения с провинциальным лохом их явно не привлекала.
Сама Катерина только равнодушно мазнула по мне взглядом, демонстрируя полное равнодушие к незнакомому дальнему родственнику. Тем более что, по сути, даже не кровному, а по линии супруги брата.
А вот сидящая рядом с ней сладкая парочка — гусь да гагарочка, окинули меня взглядами недовольными и презрительными. Насмешливыми такими, ехидными взглядами. Было ясно, что уж они-то не упустят случая поиздеваться над провинциальным недотёпой.
Близняшки, парень и девица, были Катиного возраста, белокурыми и, если бы не столь стервозными, до весьма симпатичными. Екатерине они приходились кузенами и принадлежали Киевской ветви семейства Кропоткиных.
Парочка мне не понравилась. Держались они надменно и, похоже, что были с Катериной довольно близки. У них были общие детские и юношеские воспоминания, которые всегда сближают людей.
