Тарн согнулся, опираясь на палку, он был доволен своей речью.
— Вот и все. А теперь ты можешь принять правильное решение.
— И если я скажу «нет»?
— Тогда для тебя правильным будет это решение.
Дьяна засмеялась.
— И вы будете разочарованы.
— Буду, — согласился Тарн. — Но я с уважением приму твое решение. — Он придвинулся немного ближе. — Ты ведь понимаешь: я мог бы приказать тебе это сделать. Ты — моя жена. Большинство мужчин не стали бы унижаться, как я.
— Муж мой, думаю, вы не понимаете, чего у меня просите, — смело заявила Дьяна. — Он уже велел мне не обращаться к нему. Он больше не хочет иметь со мной дела, и хотя мне это непонятно, я знаю, он сказал то, что действительно думает. И скорее всего вам он тоже сказал что думал. Если он не желает вам помогать, то я не могу заставить его изменить решение.
Лицо Тарна просветлело.
— Дьяна, если ты придешь к нему с ребенком, если ты покажешь ему, за что он будет сражаться, то я уверен, он к тебе прислушается.
— С ребенком? Я не стану пускаться на ухищрения!
— Мы должны пускаться на ухищрения, — резко ответил Тарн. — Нам надо, чтобы он все понял. У него здесь ребенок! Пусть он скажет тебе в лицо, что намерен его бросить. Не думаю, чтобы он смог это сделать.
Это были отвратительные слова, и, услышав их, Дьяна ужаснулась. Но что самое страшное — она поняла: это должно подействовать. Тарн видел все очень ясно. Он уже заглянул в душу Ричиуса и увидел в нем заботливого человека — такой не оставит свою дочь на смерть.
— Я знаю, мы обе ему небезразличны, — сказала Дьяна. — Но, возможно, он считает, что не может нам помочь.
— Он уже говорил мне это, — молвил Тарн. — Это чепуха. Ему просто не хватает уверенности в себе, импульса, чтобы поверить в себя. Вот почему это должно исходить от тебя, Дьяна. Я не могу добиться, чтобы он ко мне прислушался. Он ненавидит меня — и, возможно, он прав. Но тебя он любит. Он сделает то, о чем ты просишь.
Эта уверенность развеселила Дьяну.
— Муж мой, вы слишком высоко меня ставите. У него хватило сил, чтобы отказаться меня видеть.
— Вот и приди к нему без разрешения. Не позволь ему тебе отказать. Он на лужайке, Дьяна, — чистит свою лошадь. Он один.
— Вы хотите, чтобы я пошла к нему сейчас?
Тарн кивнул.
— Если ты здесь все закончила, то да.
— Нет, — возразила Дьяна, — сейчас слишком рано. Может быть, когда он немного успокоится после смерти жены…
— Сейчас не время горевать, — оборвал ее Тарн. — Если ты намерена это сделать, то сделай сейчас. Нарские войска, собравшиеся на дороге Сакцен, могут ударить в любую минуту. Как только они войдут в Люсел-Лор, остановить их уже будет невозможно. А еще приходится думать об их флоте. — Он указал в окно на неспокойное море. — Они могут вскоре начать высадку своих войск прямо здесь, у наших дверей. Мы в опасности, жена. Нельзя терять время. — Его лицо немного смягчилось, и он наклонился еще ближе. — Извини, но если ты намерена отказаться, мне надо это знать сейчас. Я должен строить планы, и медлить с этим нельзя. Я уже вызвал военачальников на совет. Меньше чем через неделю они соберутся здесь. Мне надо подготовиться к встрече.
Дьяна встревожилась.
— Военачальники? Вы вызвали их сюда? Всех?
Тарн хладнокровно кивнул: он понимал ее опасения.
— Всех, кто сможет сюда приехать.
— А Форис? Как он?
— Я его ожидаю, — все так же спокойно заявил Тарн.
Дьяна ощетинилась. Мудрец Тарн временами бывал удивительно туп. Он сознавал, какую опасность это представляет для Ричиуса, — и, похоже, считал этот риск приемлемым. Ей придется снова увидеться с Люсилером и позаботиться о том, чтобы он предупредил Ричиуса о приезде военачальника из долины Дринг.
— Я хочу, чтобы Ричиус участвовал в военном совете, — продолжал Тарн. — Он сможет сказать нам всем, чего ожидать. Мне нужно, чтобы он был на нашей стороне, Дьяна. Только ты с Шани можете убедить его присоединиться к нам.
Шани громко икнула, из уголка рта у нее потекла струйка молока. Дьяна взяла ребенка с колен и внимательно осмотрела. Все еще бывали моменты, когда ей не удавалось нормально покормить девочку, — например, когда ее что-то отвлекало. Она встала с кресла и, пройдя мимо Тарна, положила ребенка в резную кроватку и тщательно укутала ее одеялом.
— Это очень неожиданно, — промолвила она наконец. — Не знаю, смогу ли я помочь.
— Выбор за тобой, — напомнил Тарн. — Я постараюсь принять твое решение.
— Вы говорите, Люсилер не может его убедить. Он пытался?
— Не раз. Боюсь, Ричиус больше ему не доверяет.
Дьяна печально кивнула.
— Я скоро вам отвечу, — пообещала она. — К завтрашнему утру.
Она почувствовала у себя за спиной, как лицо Тарна расплывается в улыбке. Она беззвучно выругалась. Тарн всегда добивается чего хочет, будь он проклят!
— Я буду ждать твоего решения. — Он повернулся и, проковыляв к двери, закрыл ее за собой.
