Стоило вспомнить о воине, как тут же подумала и о том, что лорд обещал наказать меня. И каким будет это наказание? Таким же болезненным, или меня минует эта участь?
Размышлять о боли было неприятно. Нет, не страшно, кажется я уже смирилась с тем, что ни одного дня не пройдёт без происшествия, просто неприятно. И я отбросила эти мысли.
Протянула руку, чтобы прикоснуться к колючей щеке, но мужчина перехватил её. Сжал несильно запястье, и вперился в меня цепким взглядом. Глаза после сна были немного мутными, но в них не было ни злости, ни раздражения.
Секунда, другая, и лорд Брайен, наконец, произнёс:
– Нравлюсь? – к тому же на губах появилась хитрая улыбка. И мне показалось, что пока я его рассматривала, он уже не спал. Лишь выжидал удачный момент.
На его вопрос я отреагировала так, как посчитала нужным:
– Вовсе нет, – и даже постаралась спокойно улыбнуться, только новая волна жара опалила лицо, и приготовленная маска безразличия треснула, не успев толком сформироваться.
– Врёшь, – шире улыбнулся мужчина, на что закусила губу, пытаясь сдержать ответную улыбку.
Взгляд Ленгро вдруг изменился, стал тёмным и завораживающим. Он опустил его на мои губы и гулко сглотнул. А моё предательское сердце уже замерло в предвкушении.
Этот поцелуй был бы другим, я чувствовала это всем своим существом, но он не состоялся. В дверь постучали, да так настойчиво, что проигнорировать стук было попросту невозможно.
Ленгро выдохнул сквозь стиснутые зубы, а я вновь вспыхнула от смущения и поспешно откатилась в сторону.
Будь моя воля, я бы вовсе закуталась в одеяло с головой, но и тут не преуспела.
Вслед за стуком в комнату, ничуть не церемонясь, вошёл… Кто бы мог подумать! Талим! На его довольном лице сияла довольная же ухмылка, да и чёрные, словно ночь, глаза, тоже светились удовольствием.
Жаль, что нельзя по собственному желанию проваливаться под землю. Потому что именно этого мне захотелось больше всего, раз уж не удалось скрыться под одеялом.
– О, кажется, я не вовремя, – без капли раскаяния всплеснул руками молодой человек, и, понизив голос, доверительно прошептал: – Кажется, я прервал процесс наказания, а, братец?
Молчавший до этого муж, поднялся с кровати, плавно шагнул вперёд и коротко, без замаха, ударил Талима. Голова младшего Ленгро дёрнулась назад, а её обладатель издал какой-то невнятный звук, который, по всей видимости, должен был обозначить степень его удивления.
Наблюдая за «семейной» сценой, я позабыла и о смущении, и о собственных глупых желаниях. Кажется, спроси сейчас, как меня зовут, я бы даже не ответила. Настолько поразило происходящее.
Вслед за ударом, лорд Брайен объяснил Талиму всю глубину его опрометчивого поступка:
– Ещё раз войдёшь сюда без приглашения, и я отправлю тебя, как и Зэйна, к столбу.
Супруг не повысил голоса. Он говорил спокойно и размеренно, и от этого его слова пугали куда больше, как если бы он кричал и сотрясал воздух стиснутыми кулаками.
– Даже так, – присвистнул Талим, скривив губы в подобие улыбки. Было видно, что говорить ему больно, что, несомненно, уверило меня – под руку лорду Брайену лучше не попадать.
– Неужели ты так печёшься о чувствах Вайнер? – теперь в голосе Ленгро-младшего было столько злости, что я вздрогнула, словно от холода.
Похоже, происхождением меня будут попрекать здесь вечно. И никто, совсем никто из благородного семейства даже не подумал, что лично я, хоть и рождена под крышей поместья Вайнер, никому из них ничего плохого не сделала.
– Она моя жена, – всё так же спокойно отозвался супруг. – Нравится это тебе или нет. И унижая её, ты унижаешь меня.
Лорд Брайен и сам не прочь унизить меня пренебрежительным «Вайнер», но, видно, такую привилегию он оставил за собой. Остальным же подражать ему опасно для здоровья.
– Угу, – совсем непочтительно согласился с главой рода Талим. И крутанувшись на пятках, вышел из комнаты, чтобы тут же вновь постучать в дверь.
Ленгро обернулся ко мне, окинул внимательным взглядом, в глубине которого не осталось и намёка на теплоту и игривость, и удручённо покачал головой, будто сожалел о том, что… О чём, собственно, он жалел? О том, что произошло, или о том, чего так и не случилось?
Но спрашивать его я, конечно же, не стала.
Муж вышел из комнаты, прихватив одежду, а я так и осталась сидеть на кровати, и просидела бы долго, не войди в спальню испуганная Брита.
– Госпожа, – поприветствовала меня девушка, и с опаской оглянулась на закрывшуюся дверь. – Он-н вас, – начала она, заикаясь, – сильно наказал?
Я вспомнила вчерашнее и сегодняшнее «наказание» и покраснела так, что даже уши запылали на манер факелов.
– Не сильно, – прошептала тихо, поняв, что служанка всё ещё ждёт ответа.
Но мои неуверенные слова её не убедили – Брита с нескрываемой жалостью посматривала на меня, пока доставала из шкафа платье, пока готовила воду для умывания, и даже когда заплетала мне тугие косы.
– Брита, он не наказывал меня, – не выдержала я, наконец, гнетущего молчания.
– Правда? – почти неслышно удивилась она, встретившись с моим взглядом.
– Мне незачем тебе лгать.
