Нам ничего не осталось, как только послушаться его.
Последним в своеобразный туннель заходил Брайен, он всё смотрел на бесчувственное тело брата и никак не мог решиться на то, чтобы оставить его.
Я не нашла ничего лучше, как сделать пару шагов назад и сжать шершавую ладонь супруга в своей руке:
– Пойдём, нам нужно уходить.
Я всегда считала себя довольно романтичной особой и втайне мечтала о большой и прекрасной любви, когда возлюбленный будет добиваться моей благосклонности, а я, так уж и быть, соблаговолю дать своё согласие на брак. У нас с Брайеном не было ничего подобного, и я не думаю, что мои чувства к нему можно назвать любовью, но… Меня тянуло к нему – неумолимо и безотчётно.
Ленгро на мгновение задержал тяжёлый взгляд на мне, помолчал и согласно кивнул. Как бы ему ни было тяжело, он сделал правильный выбор.
Как только дверь закрылась за нашими спинами, в тёмном песчаном укрытии стало тихо-тихо. Словно мы не пару шагов сделали, а пробежали, как минимум, с десяток шагов или даже больше.
Не одна я заметила эту странность.
– Почему так тихо? – настороженно прошептал Зэйн, извлекая меч из ножен.
– У Хранительницы с-свои с-секреты, – нехотя буркнул догейра. – Вперёд идите, и не ос-станавливайтес-сь.
Больше мы не разговаривали. Брайен обогнал меня, и, подражая Зэйну положил руку на рукоять меча, а я… Специально отстала от них на несколько шагов.
– Если я спрошу – ответишь? – тихо обратилась к догейру. Он коротко вскинул голову и тут же опустил её, пряча от меня горящий алым взгляд.
– Попробуй, – тем не менее, ответил, спустя несколько мгновений молчания.
Я набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула, пытаясь выбрать из вороха вопросов тот, что был самым главным. Как оказалось, это трудная задача. Мне хотелось вывалить на порождение Пустоши словесный поток, потому что я ровным счётом ничего не понимала в происходящем. А понять хотелось… И как можно скорее.
– Пустошь не место для таких, как я… – заговорила, спустя несколько шагов. – Ты уверен, что мне нужно встречаться с отцом матери?
Имени я его не запомнила, а назвать постороннего человека дедом, оказалось выше моих сил.
– Так с-сказала хранительница, а она не ош-шибаетс-ся, – будто через силу произнёс наш провожатый.
– А что скажешь ты?
Не знаю почему, но мне было важно услышать его мнение. Возможно, дело в том, что я чувствовала его недовольство, а может быть совсем в ином.
– Я? – удивился, но, в то же время, мне показалось, что он доволен моим вопросом. – Я бы с-сказал, что тебе лучш-ше уйти отс-сюда и больш-ше никогда не возвращатьс-ся.
– Почему?
– Потому что здес-сь ты будеш-шь принадлежать клану, а не с-себе.
Хороший ответ, впечатляющий.
– Хочешь сказать, если я решу последовать твоему совету, то ты поможешь нам вернуться на земли королевства?
– Нет, – хмуро бросил. – Я не могу перечить хранительнице.
Почему-то я даже не сомневалась в его ответе.
– Ясно, – коротко кивнула и ускорила шаг.
Из этой странной беседы доподлинно стало известно только одно – в клане воинов меня не ждёт ничего хорошего. Собственно, как и на землях королевства. Так уж получается, что я везде лишняя.
Ещё через несколько шагов и мы упёрлись в ещё одну дверь. Догейра прошёл вперёд и после нехитрых манипуляций открыл её, впуская в тёмный тоннель яркий солнечный свет.
А вслед за светом в отдалении стали слышны голоса.
– Добро пожаловать в клан воинов, – мне показалось, или догейра в самом деле говорил язвительно?
Щурясь, мы вышли из прохладной темноты на раскалённый песок, и увидели удивительную картину – сколько можно было рассмотреть, всюду виднелись низкие каменные дома. Большие и поменьше, выкрашенные яркими красками и с выцветшими до белизны стенами, с чёрными смолёными крышами и торчащими трубами, из которых валил белый пушистый дым.
Будь у меня время для того, чтобы фантазировать, я бы вряд ли смогла придумать такое. Да и Пустошь у меня всегда ассоциировалась с кочевыми племенами, которые живут то тут, то там, день за днём перетаскивая пожитки с одного места на другое.
Ан нет, я б ошиблась. Хоть дома и не были похожи на привычные мне, тем не менее, безграничного удивления они не вызывали.
Туннель, по которому мы прошли, выходил на возвышение, и если спуститься с горы, то можно оказаться у одного из домов, выделявшегося среди остальных тёмными, почти чёрными, стенами.
– С-сомневаюс-сь, что Олт Лиот ждёт нас-с, но…
Догейра не договорил, правда фраза «ему не оставили выбора», так и повисла в воздухе.
Стоило нам сделать шаг, как у нас на пути, словно из ниоткуда выросли три здоровенных… Песчаных сугроба? Людьми их всё же сложно назвать.
– Кто пожаловал? – прогромыхали в один голос, и даже не сбились, будто репетировали «приветствие» ежедневно, по несколько часов к ряду.
– Дочь Эли Лиот, – с достоинством отчеканил догейра, словно представлял королевскую особу, не меньше.
Вот только он ошибся, мою мать звали не Эли, её звали Элизабет, или и это тоже было ложью?
Охранники, может, и удивились, но тут же прогромыхали, снова в унисон:
– Полукровке здесь не место.
