– Когда убедился, что я – это я. Давать информацию не стал, зато предложил мне взорвать Подземного Папу. Вообще, судя по разговору, у него не совсем в порядке психика. Он слишком заклинился на идее диверсии. Не мешало бы Илою еще раз его обследовать.
– Учтем. Как ты думаешь, не попробовать ли мне еще раз с ним поговорить?
– Скорее всего, он опять будет молчать.
Бригадир поразмыслил немного.
– Что поделаешь, – сказал он. – Через неделю придет челнок, отправим его в Адапторий. Может быть, не все потеряно, и позже он заговорит.
– Я тоже на это надеюсь.
– Поживем-увидим. Ну, как твое настроение? Завтра тебе идти вниз.
– Нормально, бригадир. Я в порядке.
– Верю, сынок, – Тормек легонько потрепал Арча по плечу. – Ты справишься, я знаю.
Поколебавшись, Арч достал из кармана блокнотик.
– Если у вас есть время, я хотел бы обсудить одну идею, – начал Арч. – Вообще-то она у меня появилась давно… Это касается Подземного Папы.
– Слушаю тебя.
– В наших расчетах надежности не исключена ошибка. Мы ведь исходили из параметров обычной квазинейронной схемы с мощным центральным процессорным блоком. Так? Но ведь в принципе возможна и другая система, из жестких параллельных логических цепей, которые поддаются дублированию и контролю по принципу простейшей эховой связи. Если предположить, что Подземный Папа устроен именно так, многое объясняется проще простого.
– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался не на шутку Тормек. – Давай дальше, сынок.
– Значит, так. Система с такой архитектурой намного надежнее, минимум на четыре порядка. С другой стороны, она очень громоздка и неэффективна. То есть, получается медлительный великан, решающий только элементарные статистические задачи. К многогранному анализу и моделированию перспективы он напрочь не способен. У этой гипотезы есть косвенные подтверждения.
– Например?
– Например, постоянные накладки с выборкой лимитов. То одного не хватает, то другого, то третьего. Или, скажем, все лавки завалены мылом, одним мылом, и больше ничего нет. А то вот еще всюду полно фонариков, зато батареек для них не сыскать. Народ поговаривает, что это окружные попечители дурят или заводы куролесят. А теперь я уверен, именно это как раз в порядке вещей. Иначе просто быть не может, если всем ведает подобный компьютер. У него одна логическая линия для болтов, другая для гаек, каждая сама по себе, и они нигде не пересекаются. Поэтому он наслаивает ошибки одну на другую, потом исправляет их задним числом, а в сущности, наугад. Получается вроде стрельбы по бегущей мишени, но без упреждения. Вроде прицел правильный, а все пули идут мимо. Такая картинка.
– Интересно. Очень интересно, сынок, – похвалил бригадир и хитро сощурился. – Заодно объясни, пожалуйста, как в такой системе может возникнуть лавинный сбой, который предсказывал Кумурро.
– Понимаю, куда вы клоните, – ничуть не смутился Арч. – Такой компьютер мало чувствителен к неполадкам. Собственно, других преимуществ у него нет. И если я угадал, то именно поэтому до сих пор не случилось лавинного сбоя. А Кумурро вполне мог заблуждаться насчет Подземного Папы, ведь он занимался чистой теорией и доступа к самому компьютеру не имел.
– Да, убедительно… – подтвердил Тормек. – Мы считали, что Подземный Папа – неслыханное изобретение, последнее чудо техники. Никто и не предполагал, что он может быть всего лишь шагом назад, к примитивным, архаичным схемам.
– В том-то и дело. А вот мои расчеты, – Арч протянул бригадиру испещренный формулами блокнот. – Приблизительная оценка мощности, надежности, габаритов. Кажется, все цифры реальны. И парадоксом Кумурро здесь даже не пахнет.
Тормек бегло просмотрел записи, одобрительно хмыкая и покачивая головой.
– Похоже, ты и впрямь разгадал загадку, – сказал он наконец, возвращая блокнот. – Молодчина. Как это тебя осенило?
– Совсем случайно. По дороге в космопорт, еще на Альции. Я подумал, что у автопилотов есть жесткие дублированные цепи с шаговой эхо-связью. Их надежность почти абсолютна… Разработал модель, обсчитал, вроде бы сошлось.
– Молодчина, – повторил Тормек. – Ничего не скажешь. Внеси, пожалуйста, эти заметки в бортовую память. Я на досуге еще раз посмотрю.
Не успел он закончить фразу, как раздалась приглушенная трель. Бригадир повернулся к пульту и нажал одну из бесчисленных клавиш.
– Тормек на связи.
– Бригадир? Здесь Грахкаан, – на центральном мониторе появилось широкоскулое усатое лицо.
С командиром второго подводного поста Грахкааном, жизнерадостным добряком и балагуром, Арч познакомился, когда вызволял Тила с каторги.
– Что стряслось, Грах?
– Стою на перископной глубине. Примерно в ста дилах к восходу вижу надувное плавсредство. На нем трое в каторжных робах. Полагаю, беглецы.
– Так. Что еще?
– Их надувашка просто дрейфует. Грести не могут, видимо, истощены. Кроме них, в квадрате нет никого.
– Понимаю. Хочешь взять их на борт.
– Да, бригадир. Иначе у них нет никаких шансов выжить.
Тормек откинулся на спинку кресла, размышляя над услышанным.
– Бригадир? – позвал Грахкаан, вглядываясь в свой расфокусированный экран.
– Я здесь, – откликнулся тот. – Не торопи.
