Вспомнив об оружии, он встал и подошел к рабочему столу. Открыл специальное приложение, ввел свои данные и заполнил форму на выдачу резервных стволов. Потом установил на своих часах будильник на полдень и лег спать прямо в одежде.
Лея после раннего визита отца потеряла всякий сон. Мысль о том, что им с Андреем придется еще две недели видеть друг друга каждый день, убивала.
И вопреки гениальному плану она поднялась с кровати, укуталась в свой пушистый халат и медленно спустилась на первый этаж. Везде было тихо. Дверь в комнату охраны оказалась приоткрытой.
Лея бесшумно вошла и почти сразу увидела спящего Андрея. Он лежал лицом к стене, а его темнеющие на плече и локте ушибы будто бы с укоризной смотрели на девушку.
Но вместо этого она сделала шаг вперед. Потом еще один. Потом опустилась на колени перед кушеткой и еле заметно коснулась кончиками пальцев его синяков.
Лея убрала руку, но продолжила со спины разглядывать своего временного телохранителя. У него были по-мужски широкие плечи и узкий таз. Рельеф мышц проявлялся сквозь футболку даже в расслабленном состоянии во время сна. Темные волосы на затылке были густыми и непослушными, топорщась в разные стороны. Он сонно провел ладонью по своей руке и остановил ее в районе предплечья.
Лея зажмурилась и замерла, перестав дышать. Потом открыла глаза и уставилась на его пальцы. И на аккуратно подстриженные почти квадратной формы ногти. Лунки на каждом из них были большими и четкими. Лея не помнила откуда, но знала, что это был один из внешних признаков крепкого здоровья.
По инерции опустила взгляд на свои ногти и чуть не рассмеялась. Они были покрыты непрозрачным бежевым лаком, так что оценить свою степень здоровья она не смогла.
– Лея?..
Девушка вздрогнула от испуга, быстро глянула на проснувшегося Андрея, вскочила на ноги и унеслась из комнаты к себе на второй этаж.
– Стой! – он побежал следом за ней. – Лея, подожди!
Дверь за ней захлопнулась, а замок тихо щелкнул.
– Открой! Нам нужно поговорить! – Фенрир дернул за ручку, но дубовое полотно даже не задрожало.
С другой стороны глухо раздалось:
– Не надо! Я в курсе про две недели!
– Мы должны договориться!
– Никто никому ничего не должен! – она всхлипнула, а звук ее голоса стал доноситься откуда-то снизу. Андрей не сразу сообразил, что она скорее всего опустилась на пол.
– Давай вести себя как взрослые люди!
– Очень своевременно!
– Лучше поздно, чем никогда!
После нескольких секунд гробовой тишины замок снова щелкнул. Фенрир осторожно открыл дверь. Лея сидела на полу, прижавшись спиной к широкому дверному косяку и с трудом сдерживая слезы обиды.
– Я просто две недели отсижу в комнате.
– Прекрати. Ты же не пленница в собственном доме…
– Ага, я пленница обстоятельств!
Андрей тоже присел, упершись в проем, и следил, как по ее правой щеке медленно стекала слеза.
– Нет. Это я пленник. А ты – дочь президента.
– Звучит как проклятье.
– Мне жаль…
Лея посмотрела на него:
– Ты ведь знаешь, что моя кровать на камерах скрыта.
– Знаю.
– Ты мог бы не останавливаться.
– Я дал слово.
Она отвернулась и забавно шмыгнула носом:
– Я заказала тебе пиццу у повара отца. Это, конечно, не «Люцио». Но лучше, чем ничего.
Андрей растерянно улыбнулся, почувствовав надежду на нормальное общение в течение следующих четырнадцати дней.
– Спасибо…
– А теперь уходи, – Лея поднялась на ноги и скрылась в ванной комнате, звонко хлопнув дверью.
– Черт…
– А ты что здесь делаешь? – Лера вошла в кабинет Удина и наткнулась на сидевшего в его кресле Макса.
– Спасибо, дорогая. Я практически здоров. Приятно, что ты спросила.
– Э… Я…
Давыдов-старший криво усмехнулся, глядя на свою застывшую на месте растерянную подругу. Его левая рука была затянута в эластичный рукав, над правым виском красовался ряд из свежих швов, переносица потемнела и слегка припухла.
– Максим… – Пики наконец-то очнулась, цокнула языком и бросилась вперед, крепко его обняв. – Я имела в виду, что ты должен быть в больнице, а не тут… Ты сбежал, что ли?! Сумасшедший… – Она поцеловала его в лоб, нежно провела большим пальцем по швам и снова обняла, шмыгнув носом.
– Я в порядке.
– Неправда.
– Кто-то должен был выйти вместо Удина.
– Не кто-то, а я. Зря, что ли, ехал?! – в дверях показался взлохмаченный, такой же невыспавшийся Свят.
– Привет…
– Живой?
– Как видишь.
Санта с забавной ухмылкой наблюдал за Лерой, вцепившейся в Макса и изо всех сил старавшейся удержать слезы облегчения.
– Ладно тебе, железная леди. Поплачь, расслабься.
– Отвали…
– Удина надолго забрали?
