– Ты зачем-то подлизываешься или что?
Вчерашний веселый блеск в его глазах вернулся, заставив меня напрячься.
– Я подумал, что будет неплохо насладиться едой, пока мы будем обсуждать твое затруднительное положение.
Откусив кусочек бекона, хрустящего и идеального, я решилась съесть почти половину своего завтрака прежде, чем ответить ему.
– Нечего обсуждать. Можешь отвезти меня домой и забыть обо мне. Но, если Колт придет на тренировку со сломанным запястьем, просто знай, что с первого раза он не понял.
Скрестив руки на груди, он облокотился на столешницу. Я отчаянно пыталась сосредоточиться только на его лице, но сдалась от того, как футболка натянулась на его груди. К тому же скрывать за тканью такие бицепсы равносильно преступлению.
– Он хитрее, чем ты думаешь. Ты уже доказала, что можешь справиться с ним лицом к лицу, так что в следующий раз он будет выжидать подходящего случая.
– Он ведь не хищник.
– В какой-то степени, – пробормотал он.
Я хихикнула.
– Мне не страшны ни хищники, ни футболисты.
Сорен медленно кивнул.
– Думаю, мы можем помочь друг другу.
Я отрицательно покачала головой, огибая его на пути к холодильнику, чтобы достать молоко.
– Мне не нужна помощь.
– Возможно, она нужна мне.
Развернувшись, я ожидала увидеть на его лице самодовольное удовлетворение, но не смогла считать ни единой эмоции. Интересно. Должно быть, ему действительно что-то нужно, раз он так старается не показывать свои чувства.
Сделав большой глоток кофе, я облокотилась на столешницу напротив него.
– Ладно, я слушаю.
– Нам стоит встречаться.
Я едва сдержалась, чтобы не выплюнуть на него кофе.
– Что?
Он никак не отреагировал на мой полукрик, продолжив говорить, как если бы мы вели вполне обычный разговор.
– Притвориться, что встречаемся. Убедим Колта и его дружков, что мы вместе. Это даст тебе, своего рода, защиту.
Я прищурилась.
– Потому что мы живем в каком-то феодальном обществе, где моя ценность зависит от человека, с которым я встречаюсь?
– Потому что Колт боится меня больше, чем хочет отомстить тебе. По крайней мере, пока. Я обычно ни с кем не встречаюсь, так что придется всех убедить, но не вижу в этом особой проблемы.
В его голубых глазах плескалось пламя, когда он встретился со мной взглядом, и, как и прошлой ночью, я снова почувствовала пробежавший по телу разряд электричества.
Предложение так и манило. Меня толкала почти физическая необходимость согласиться и проверить на себе сомнительную привязанность, которую предлагал Сорен. Одновременно что-то внутри хотело отказать ему, однако мне хотелось узнать, что же будет, если я соглашусь… и как далеко он зайдет, убеждая окружающих.
– И как это поможет тебе?
– А я буду выставлять тебя напоказ перед своей семьей.
Мои брови изогнулись от удивления.
– Чтобы разозлить их или осчастливить?
Он провел рукой по волосам. Первый знак того, что наш разговор заставлял его нервничать.
– Они грозятся лишить меня всех денег, если я останусь играть на еще один сезон и не буду выказывать никакой заинтересованности в будущем, выходящем за рамки НФЛ[3].
Я тихо присвистнула.
– Они хотя бы намекнули, чего от тебя хотят?
– Серьезные отношения вполне способны заставить моих родителей поверить в то, что я не провожу свои студенческие годы на вечеринках, да и попросту растрачиваю жизнь, играя в футбол.
– Меня трудно назвать трофейной девушкой.
Его глаза загорелись от вызова, и он широко улыбнулся.
– Думаю, с этим мы разберемся.
Эта улыбка почти переубедила меня. Сорен содержал в себе интригующую комбинацию плохого парня и героя поневоле. Плюс, он делал отменный кофе, что было в моем списке качеств, необходимых для ненастоящего парня.
– Я ценю твое предложение, но, при всем уважении, откажусь.
Сорен кивнул, словно мой ответ в принципе ни на что не влиял.
– Ты готова?
Легкость, с которой он принял мой отказ, заставила мои плечи расслабиться. Я думала, что он будет спорить. Крошечная часть меня даже расстроилась, что он не стал. А может, нам удастся стать настоящими друзьями вместо фейковых партнеров.
– Секунду, – я допила остатки своего кофе и поставила чашку в раковину. – Ну что, Дживс[4], поехали.
– Вы не можете так поступить.
Я смяла бумажку прямо перед потным лицом своего лэндлорда. Дейв ни разу не встретился со мной взглядом.
– Прости, Ви. Приказ из головного офиса. Тебя выселяют.
Вскинув руки, я принялась ходить туда-сюда по своей крошечной гостиной.
– За что?
– Они не сказали.
– Они обязаны сказать. По закону.
Он вздохнул и наконец посмотрел мне в лицо.
– В твоем договоре числится пункт с нормами поведения. Они заявляют, что ты их нарушила. Мне правда очень жаль, но мне нужна эта работа. У тебя двадцать четыре часа на освобождение помещения, иначе я обязан буду позвонить в офис шерифа.
