Я посильнее сжала челюсти, чтобы сдержать все ругательства, проносящиеся в голове. Ничего подобного в договоре не значилось, но на оспаривание уйдет куча времени и денег. А у меня не было ни того, ни другого. Должно быть, Дейв почувствовал надвигающуюся катастрофу, потому что он тут же развернулся и заковылял к выходу из квартиры. От вида радостного осеннего солнечного света хотелось блевать. Или ударить кого-нибудь.
Почти вся моя злость улетучилась, как только он переступил порог, оставив меня без сил в девять часов утра. Через час у меня начинается учеба, однако разобраться с этой ситуацией сейчас важнее, чем заниматься анализом тренировочных процессов.
Кто дает всего
Найти коробки – не проблема, и Ева с легкостью согласиться разместить мои вещи у себя, вот только что мне делать с диваном, комодом и кроватью? Ненавижу чувствовать себя беспомощной, поэтому вместо того, чтобы спалить это место дотла, мне оставалось только начать поиски нового жилья.
Благодаря Дейву и его идиотскому договору, я пропустила занятия и потратила день на сбор вещей и поиск новой квартиры. К счастью, этот день выпал на один из моих малочисленных выходных, так что я не пропустила смену в тренажерном зале. Все жилые комплексы отказывали мне в аренде. Моей заработной платы не хватало, чтобы покрывать все расходы съемного жилья, за исключением той квартирки, из которой меня выселяли.
С приходом ночи на меня накатила такая мощная волна паники, что я не могла нормально дышать. Я так много работала ради собственной самостоятельности, и все, выстроенное мною за последние три года, разрушалось у меня на глазах. Извещение о выселении напоминало, что я должна съехать до полудня, а у меня уже закончились идеи.
Для своих скромных пожитков можно арендовать складское помещение, но не смогу же я там жить. У Евы нет свободных комнат, а диван по размерам уступает даже мне. А она – единственная из моих знакомых, кто живет не в общежитии.
Перед лицом всплыл образ Сорена, и мне пришлось исправиться. Я знакома с двумя людьми, живущими не общежитии. И вот теперь в моей голове начала формироваться плохая идея.
Прошло два дня с тех пор, как он соблазнил меня сильными руками, привел к себе домой, попросил стать своей фейковой девушкой, а затем отвез домой, как ни в чем не бывало. Я облокотилась о спинку дивана и уставилась на простой белый потолок. Может, все происходящее – дело рук засранца футболиста? Этого Клейтона или Колтона, как там его.
У меня даже не записан номер Сорена, хотя Ева с удовольствием мне его даст. Когда мы прощались, мне показалось, что мы можем быть друзьями, если я переборю неадекватное желание провести языком по кубикам его пресса.
Его предложение начать ненастоящие отношения все еще казалась нереалистичным, однако, прими я его, и он, скорее всего, позволит мне пожить у него. Может, мы даже установим правила и разработаем своего рода расписание. Фейковые отношения тоже требуют определенного физического контакта. Вспомнив его слова, сказанные на вечеринке, я покрылась мурашками.
По телу пробежала дрожь, но я покачала головой. Очень плохая идея.
Сорен может даже не согласиться. Я знала не понаслышке о его ограничениях. А еще я знала не понаслышке, что любое прикосновение к телу Сорена заставляло мой инстинкт самосохранения заткнуться.
Я вздохнула. Его идиотское прекрасное лицо – последнее, о чем стоит сейчас беспокоиться. Дейв не оставил мне выбора. Я никогда не сдаюсь и просить семью о помощи тоже не собираюсь: они приедут, чтобы спасти меня от моей так называемой независимости и заберут домой несмотря на то, что до выпуска осталось всего ничего.
Для того, чтобы остаться в колледже до конца семестра, или даже года, мне придется прибегнуть к помощи Сорена. При условии, что он откроет мне дверь – я посмотрела на часы – почти в полночь.
Заставив себя слезть с дивана, я схватила ключи. Существовал один способ выяснить.
Сорен открыл дверь в одних черных спортивных штанах, низко свисающих у него на бедрах. Губы сами по себе раскрылись в придушенном вздохе, и я тяжело сглотнула при виде горы мускулов, стоящей предо мной. Он что, все время тренируется? Я много времени проводила в зале, но мое тело и близко не выглядело настолько рельефно. Глаза заскользили по линиям его тату, а затем по острым линиям пресса, уходящим под ткань штанов.
Он отодвинулся, чтобы я прошла внутрь, слишком поздно подняв взгляд к его лицу. Уголки его губ приподнялись в легкой усмешке, но я отказывалась стесняться того, что любуюсь прекрасным человеческим телом. Этот парень красив и знает об этом.
