… Порой ему казалось, что он живёт в кошмарном сне. Что стоит лишь проснуться, и всё будет хорошо. И он спасёт её, спасёт от неё самой.… Порой ей казалось, что надо покрепче закрыть глаза и уснуть. И проснуться без мыслей о разрушении всего вокруг. Он был её маяком, светившим сквозь туман. Она стала якорем, тянувшим его на дно.… Временами бывает так тяжело и больно, что кажется – хуже просто невозможно. И впереди будет свет. Но пока мы во мраке. Нас нет.Содержит нецензурную брань.
Наконец вырвавшись из цепких лап рутины и учебы, я вернулся домой. Здесь ничего не изменилось. Дом, который построил Алекс. Ну почти. На мои же деньги. И я немного его спроектировал. Самую малость. К примеру, добавил еще один этаж, сбоку пристройку, небольшой зимний сад, которым занимался сам.
На дворе лето, июль оказался еще жарче июня. Кстати, прошлый месяц я еще мог чувствовать себя свободным, но Ника как всегда настойчива. Отказать ей никогда не мог. Все-таки она не отказалась от меня, когда следовало это сделать.
Навстречу мне из дома выбежал любимый племянник Руслан, ему всего 12, когда мне 17. Разница между нами не существенная, хотя иногда кажется очень даже значимой. Особенно когда мы гуляем вместе большой компанией. Я по натуре не очень схожусь с людьми, а вокруг Руслана всегда верные друзья. Вот и сейчас за ним потянулась вереница друзей: Женя, Лёша, Егор, Оксана, Саша, две девчонки в их шумной компании. Иногда я словно воспитатель в школе.
– О, Алекс, ты приехал! Надолго? – приветствовал меня хор голосов.
– Привет, пока на лето, а дальше посмотрим. Сам знаешь, Ника и Дима хотят, чтобы я учился.
– О, да. Ладно, мы погнали на озеро. Хочешь с нами? – позвал Руслан.
– Я позже. Потом, – вру я и прохожу в дом. В нем прохладно и темно, после яркого солнечного дня. Несколько раз моргнул и приноровился в окружающему полумраку.
Дома.
Знакомый и любимый запах духов окутал меня. Как всегда, заранее знаю о ее появлении. И когда ее руки обвивают мою шею, я улыбаюсь.
– Я уж думала, не дождусь возвращения Принца домой. Не слишком ты и спешил.
– Прости, Ника. Хотелось немного глотка свободы. Я поступил, между прочим. Все как ты хотела.
– Как мы хотели, – уточняет Ника и притягивает меня к себе. Я не могу ей сопротивляться, да и никогда не хотел. Мне всего 17, а ей 28, и она самая красивая женщина, что я либо когда-то видел.
Наши губы встречаются для поцелуя и целуясь, мы на краткий момент времени становимся единым целым. Об этих отношениях не знает никто, и надеюсь где-то в глубине души, не узнает никто.
Не потому что Ника замужем, не потому что у нее трое детей. А потому что даже сейчас, в свои полные, гормонов года, я понимаю, насколько происходящее неправильно. Насколько подобные отношения отравят жизнь не только мою, ее и окружающих. Насколько они противоестественные и искусственные. Неправильные и разрушающие. А все потому что Ника моя сводная сестра.
На озеро я, действительно иду чуть позже, когда там становится меньше народу, еще в состоянии соображать. Вода как парное молоко, мягко обволакивает тело, даря долгожданную прохладу. Передо мной две дороги и одну из одних я уже выбрал. Лето пройдет, и я уеду учиться. Денег мне хватит на учебу, общежитие и на жизнь вдали от дома, ни в чем себе не отказывая.
И я буду скучать. Скучать по лесному озеру, по его прохладе. Буду скучать по дому, по племянникам, по друзьям, по Нике.
Кстати, о ней. Отношения с девушками не складывались, потому что я никого не хотел видеть, кроме нее.
Мы встретились, когда наша мама умерла, меня несовершеннолетнего деть некуда было, а Ника замужем, вроде состоятельная дама. И я достался ее семье.
Дмитрий ее муж, старше моей сестры на 25 лет, изначально показался малость суровым. Я никак не мог понять, как такая девушка как она могла выйти за него замуж и прижить вместе двоих детей? Племянники Руслан и Людмила, конечно дороги моему сердцу, но понять сестру в этом вопросе не могу. Она безумно красивая и у нее такой заразительный смех.
Больше всего я люблю, когда она смеется. С годами, правда он звучит все реже. Все грустнее и вымучен ей.
Она несчастлива в браке. И для этого не надо быть семи пядей во лбу. Нет, Дмитрий любит ее, обожает в буквальном смысле этого слова. Но ему вот уже 53 года. А ей всего 28.
Она мало рассказывает о себе. Мама наша, кстати тоже была старше отца, намного. Они погибли в ДТП, разом сделав меня сиротой. Долгие годы я не мог прийти в себя после их смерти. Во Франции ничего не осталось, кроме бизнеса отца, которым сейчас вполне успешно управляли и перечисляли деньги Королевым. Я, между прочим Александр Королев, не стал оставлять фамилию отца, потому что как никогда мне хотелось принадлежать этой семье.
Немного искупавшись, пару раз поныряв, я вернулся домой той же дорогой.
Будущее предстало передо мной светлым, радостным и кто знал, что этот вечер навсегда его перевернет.
Один писатель как-то сказал, влюбляться это, как падать в пропасть. И он прав. Чертовски прав. По крайней мере сейчас смотря в эти бескрайние синие глаза, я падаю и падаю, отчаянно лечу в пропасть. И мне не страшно. Больше никогда не будет страшно. Пока я в плену этих синих глаз, все будет хорошо.
Напиться на студенческой вечеринке не самая лучшая идея. Равно как и заснуть на плече незнакомого парня, предварительно облевав его в головы до ног. Я всегда много пью, практически не знаю меры. Как и во всем. Будь-то выпивка, сигареты, чтение, музыка, учеба, парни. Не знаю меры.
