- И правильно делали, - никак не унималась девушка. А ведь раньше она никогда не показывала себя настолько озлобленной. – Сабина всегда хорохорилась своим положением в этом доме. Но теперь-то она уже не будет настолько самоуверенной и дерзкой, - усмехнулась Зара, практически врезаясь ногтями Еве под кожу. - Теперь-то Сабина, раз и навсегда уяснила, где её место.
Резкий хлопок в соседней комнате заставил обоих притихнуть, навострив уши, будто диким животным в преддверии хищника. За то недолгое время, что Ева побыла в этом доме, отчётливо научилась различать состояние и настроение Асманова по тому с какой силой он закрывает за собой дверь. И от такого тяжелого удара она вся покрылась гусиной кожей.
- Кажется кто-то не в настроении, - сглотнула Зара, осторожно поднимаясь с кровати, будто это огромное животное в любой момент могло уловить даже малейшее колебание воздуха.
А ведь ей действительно было чело бояться.
Последний раз когда Асманов вернулся домой в таком же расположении духа отымел её до первой в её жизни порции разрывов. Так что та, как следует, смогла ощутить себя в шкуре Сабины.
Еву он в такие моменты не трогал. Словно она и вовсе исчезала из его личной реальности. Пропадала на пару часов, пока тот мутузил грушу в личном спортзале, после чего трахал Зару в душе. А затем снова вспоминал о её существовании.
В такие моменты Ева чувствовала себя настоящей сволочью. Она знала, что Саид её жалеет. И знала, что все остальные это понимают. А в этой клетке окруженной ядовитыми скорпионами было безумно опасно быть особенной.
Тебе завидуют.
Тебя ненавидят.
От тебя хотят избавиться.
Точно так же, как хотели избавиться от Сабины.
Теперь-то Ева точно знает, сколько на самом деле тех, кто тихонько порадовался её уходу.
Много… Очень много…
Как заметил Терри Пратчетт «Никогда не забывай, что твоей коронации аплодирует та же толпа, которая будет аплодировать твоей казни».
- Может тебе будет лучше побыть у меня? – предложила Ева, прекрасно понимая, что к ней Саид заглянёт в самую последнюю очередь.
- Зачем оттягивать неизбежное? – поправила она волосы, делая вид, что всё в порядке, хотя по подрагиванию её пальцев сразу стало понятно, что она на иголках. – Так он станет только злее и несдержаннее.
- И каково это, когда он не сдерживается?
- Долго и неистово. Словно тебя пытают. Только вместо оружия он использует свой член. Долбит во все отверстия, выплёскивая агрессию, будто убить хочет. А ты только и делаешь, что принимаешь его, надеясь, что всё скоро закончится.
- Почему мужчины делают это? Почему…
- Потому что не умеют по-другому, - перебила её Зара. – Они не умеют избавляться от своей боли. Не умеют её ни переваривать, ни расщеплять. Только передавать её кому-то другому. Сначала у него была Сабина. Теперь я. А когда он найдёт себе другую любимицу, мешком для отходов станешь уже ты. Относись к моим словам как хочешь, маленькая Ева, - «маленькая Ева»? Как же сильно она ненавидела это сочетание. Кислое, с привкусом горького табака и тёрпкого мускуса. - Но, к сожалению, ещё никто этого не избежал. А теперь, прости, я должна вернуться к себе в комнату и ждать когда меня захочет увидеть Асманов.
- Это нормально? – посмотрела Ева на сидящую за столом Иман. И хоть ничего конкретного она не спросила, а женщина всё равно поняла, о чём именно идёт речь.
Обычные несколько часов затянулись практически на два дня. И всё что делал в этот период Саид, вызывало у неё стойкое ощущение опасности.
Его встречи. Телефонные разговоры. Часы, проведённые в спортзале. И женские стоны, от которых холодела кровь.
Он напоминал бездушного робота. Ходил из комнаты в комнату, словно на самом деле собирался, кого-то убить.
Отсчитывал секунды. Вымерял всё до последнего миллиметра. И просчитывал каждоё своё действие.
Воистину машина для убийств и ничего больше.
- Я бы так не сказала, - поправила Иман чёрный платок. На данный момент только она была в курсе случившегося с Сабиной. Только она присутствовала на её похоронах. И только ей было известно о планах Асманова. – Наш хозяин не любит сюрпризы. Так что чем больше их оказывается, тем хуже складывается ситуация.
- Для него или нас?
- Пойдём со мной, - появился на пороге столовой один из личной охраны Саида, готовый в любой момент схватить Еву за шиворот и выволочить в коридор. – Тебя хотят видеть.
Ничего не ответив, она поднялась на ватные ноги, загривком чувствуя что-то не то.
Почему Асманов решил увидеть её до того как сумел окончательно остыть? И почему не пришел за ней сам, как это было прежде.
Но нет. То как она шла сейчас в сопровождении угрюмого охранника, слишком сильно напоминало Еве поход в конюшню.
Точно такое же ощущение тревоги.
Те же приглушенные звуки шагов, будто она наблюдает за всем происходящим со стороны.
И то же самое безумное биение сердца, от которого хочется пустить в себя пулю, только бы не проходить через всё это снова!
