От этого вопроса во рту пересыхает мгновенно, не думал, что так зайдет далеко. Я не знаю, как надо ответить. Вернее, знаю, как надо, а не как он покажет ответ. А вдруг я не понимаю, что значит любовь и принимаю за нее что-то другое? Ответ “нет” от полиграфа может просто все перечеркнуть.
– Ты любишь меня?
Вопрос вырывается как-то сам. Я будто резко свернула с дороги и забыла притормозить. А уже поздно.
Юра стягивает с себя все провода, отключает приборы. Внутри неприятно. Не от того, что он не ответил, а от того, что спросила так. При посторонних.
– На этом закончим, спасибо. – Юра жестом показывает мне сидеть и никуда не уходить, а сам о чем-то разговаривает с полиграфологом. Хоть бы у него не было проблем из-за моих вопросов. Хочется отмотать назад и не задавать вопрос о взятке.
Про любовь переборщила, про взятку тоже, остальное… ну, было интересно, хотя сама бы я не хотела отвечать при ком-то на такие вопросы.
Юра провожает мужчину до двери, но потом закрывает ее на замок и возвращается ко мне.
Опускается передо мной на корточки и поднимает на меня глаза.
– Извини, – начинаю первой, – некоторые вопросы были… я не должна была тебя подставлять. Он же… – киваю на дверь, где только что скрылся мужчина, – может кому-то рассказать? Я не знаю, что на меня нашло.
– Если он расскажет, то меня даже посадить могут. – Выдыхает, перестает улыбаться.
– Надо что-то сделать. Договориться с ним.
– Может, дадим ему взятку? – Юра снова улыбается сам себе, отмечая хорошую идею.
Во мне вины через край и я не знаю, как реагировать на его перепады настроения. То ли он не злится, то ли это сарказм.
– Саш, я предпочитаю конкретику. Два плюс два четыре, а теория вероятности, это не по моей части. Твой вопрос, он не конкретный. Я не знаю, как называется чувство, которое во мне живёт по отношению к тебе. И как это воспримет полиграф, я не знаю. Но это чувство оно однозначно требует только тебя рядом.
– Это страсть, – подсказываю ему.
Юра усмехается с выдохом.
– Хотеть свою невесту, это же не плохо?
Я тоже улыбаюсь. Оказывается, мне до чертиков приятно, что ни на какие мои заскоки он не злится. Или терпит. Ждет, когда капкан захлопнется, и я уже не выберусь оттуда.
Боже, какой он непредсказуемый. Лицо, глаза, губы. Мне ведь в нем все нравится. Я запомнила его лицо так хорошо, что знаю каждую черту. И к каждой мне хочется прикоснуться. В порыве поцеловать я резко наклоняюсь, пока не передумала, но успеваю только коснуться губ, как в животе резко колет, и я торможу.
– Ммм, – хватаюсь за живот, сильно втягивая воздух сквозь зубы.
– Что такое? – Юра напрягается и придерживает меня.
– Кольнуло в животе.
– Пойдем к врачу, – меняется в лице, поднимается.
– Да вроде не сильно, я резко дернулась и что-то кольнуло. – Опираюсь на его руку и поднимаюсь.
Стою на ногах, уверенно, но все так же держусь за его руку, не отпускаю, но и не иду. Вокруг нас как эмоциональный вакуум, отсюда выкачали все обиды, вину, радость и волнение. Только мы в моменте. Он так мне нужен, что думать о прошлом я не могу. Как стерли все на время.
Юра облизывает пересохшие губы, но тронуть меня и сделать опять больно боится, поэтому я сама тянусь к нему. Он только тогда подается вперед, сильно, но аккуратно, обхватывает мои губы. Теплой ладонью держит за шею. С этим поцелуем прощаю его. Снова делаю шаг навстречу, давая нам второй шанс.
Юра прижимает аккуратно к стене. На мне халат и бандаж, и тело в таком состоянии, что я не хочу, чтобы меня трогали, но сама при этом сгораю, как хочу коснуться его.
Тяну его рубашку, вытягивая из брюк, и запускаю под нее руки. Когда я теперь восполню запасы объятий, не знаю.
– Саш, – Юра тянет в губы и останавливает. – Очень тебя хочу, но не хочу сделать больно и давай лучше переедем в новую палату.
Он прав. Поэтому не продолжаю, только еще раз целую.
Хватит с него уже признаний на этот день.
– Люблю тебя, – Юра довольно усмехается в ответ и улыбается.
– Саш, я все исправлю и сделаю так, как должно быть, только доверяй мне и не вмешивайся.
– Хорошо. Обещаю.
Мы возвращаемся в палату, держась за руки.
– Сара, мы переезжаем в другую палату.
– Я помогу.
– Может, лучше, ты посидишь там с Аней, мы с Юрой соберемся?
Мы аккуратно переносим Аню с кроваткой в новую просторную палату, Сами с Юрой собираемся. Я достаю вещи, среди которых нахожу сережки.
– Юр, я подумала, что идея с сережками, не такая уж и неплохая. Но не сейчас, пусть чуть-чуть подрастут.
– Главное не перепутать их до того времени, как они подрастут.
– Да, – смеюсь в ответ, – но можно пока купить браслеты разноцветные, только не ювелирные. – Показываю Юре, какую одежду сложить, сама складываю остатки еды.
– Саш, давай ты сама выберешь, а я куплю. А то опять не то сделаю.
– Можно подумать, ты меня боишься?
– Тебя не боюсь, но ты лучше знаешь, что надо детям.
Я складываю вещи и достаю кольцо. Надеваю на палец. Слышу, как за спиной идет ко мне, но не снимаю колечко, раз надела.
– Это значит, да?
Обнимает меня со спины и целует в затылок.
